Невинная Настя, или Сто первых мужчин

Я в шоке:

– Ты что, сдурел, что ли? – и отталкиваю его от себя со всей силы.

Но Володя ведь не очень умный, он только силой умеет брать девушку. И он начинает держать мои руки, целовать меня. Но мне уже не тринадцать лет, меня уже нельзя взять силой. Я говорю:

– Да я тебя уничтожу! Убери от меня руки сейчас же!

Он меня отпускает, и мне становится его жалко. Думаю: как же я, у которой столько парней, обделяю такого мальчика? Мне стало его жалко, и я сделала ему минет.

После этого мы отправились в палатку, просто легли вместе, он обнял меня, и мы заснули.

На следующее утро, когда приехал мой папа узнать, все ли у нас в порядке, мы поехали по домам. Володя уехал в свою Тверь, футболист Кольцов поехал в Москву, а я осталась с Покровским. С тем самым, которого я обидела на свой день рождения. Думаю: надо же и его пожалеть-то. Подхожу к нему и говорю:

– Ты уж извини, Сереженька! Так получилось, я не хотела тебя обидеть.

А он стоит, как скала, и говорит:

– Нет, ты меня предала, ты с другим была.

Тут я взяла и все перевернула, я говорю:

– Понимаешь, Курилова девушка бросила, мне надо было с ним поговорить. А больше у нас ничего не было, мы даже ни разу не поцеловались. Мы прогулялись по берегу, а потом я пошла спать к Вике в палатку, и мы с ней вместе спали.

Вика, моя подружка, все это, конечно, подтвердила. И Сережа по своей наивности меня прощает, и опять продолжаются пьянки-гулянки-выпивки и все остальное.

Нам весело, мы развлекаемся. Но про Гошу Кольцова я не могу забыть, это мой любимый спортсмен, моя мечта. Думаю: надо мне его все-таки завоевать. И устраиваю грандиозную пьянку – покупаю хорошую водку, закуску.

А у нас, как я уже говорила, было место, где мы постоянно собирались, – заброшенная церковь «Куски». В этих «Кусках» мы пьянку-гулянку и устроили. При этом все пацаны пьют, только Сережа Покровский не пьет.

Потому что он после моего дня рождения вообще не мог смотреть на водку. Думаю, ладно, сейчас Гоша Кольцов выпьет, а потом я и Покровского постараюсь напоить.

А там еще была моя деревенская троюродная сестра Ольга. Тоже симпатичная такая девочка, смазливое личико, и вообще что-то в ней такое было, наверное, – пацаны к ней липли.

И вот я хожу такая счастливая, что я королева бала и устроила такую замечательную пьянку.