Аврам-трава. Стихотворения 2017—2023 годов

Прямо с бетонных свай, утонувших в масле,

ржавого крана, ангара, пирса;

с бывшего, остановленного движенья;

сбывшегося пророчества; обмана

зрения; придаточного предложенья

времени; взмаха лютого тирса.

Они умели быть одни среди этих

развалин и тех; постоять в профиль

к серому ветру, в свете своих поэтик,

слегка прищуренном, мускулистом,

для чтения с выколотыми глазами;

стать продолжением стен и кровель,

грамматикой, зазубренными азами

языка, взятого в плен солистом.

Пирс был длинным. Теченье сносило мусор.

Строка росла, размер выпрямлялся.

Перспектива сужалась. Уже? и мудрость

не влезала в нее – только правда,

как тогда, в нищих заведеньях Союза.

Чтобы закончить, нужна лишь малость,

всё остальное, муза, теперь обуза.

Спасает лишь тавтология, правда?

«Ни настоящего, ни будущего, ни прошлого…»

Ни настоящего, ни будущего, ни прошлого

здесь, конечно, нет – сплошное томительное «сейчас».

Сейчас в тундре взлетно-посадочную полосу

укладывают из живых зэка, поджидают нас.

Ждут нас, поджидают. Чуть слышно смерзаются зэка.

Лежат, похрустывают. Наш двухмоторный самолет

запаздывает, мы вглядываемся в облака

и при снижении скорости напрягаем живот.

«– Где ваша верность? Где трепетных внуков…»

– Где ваша верность? Где трепетных внуков

строгие, светлые голоса?

Где субпродукты маленьких звуков?

Девичий жир для оси колеса?

Эники? Беники? Сика-лиса?

– Верные эники, верные беники —

мы соберем таинственный хор,

слушайте, слушайте, современники,

серые гуси на линзах озер!

Сика-лиса, посмотри-ка в упор!

– Где ваша смелость? Где чистого тела

точная жертва во времена

общего непочатого дела?

Ждет поколение, ждет страна.

Бросьте кормящие вас вымена!

– Грудь материнская, сладкая, нежная,

душу питающая, прощай!

Кончилась, кончилась безмятежная,

сердцем суди, никого не прощай.

Тело науке борьбы завещай.

– Где ваша гордость? Где новая мера

старым вещам, отмеренным вам

вычурным временем в центре сквера,

где вы гуляли в матках у мам,

где говорили папкам: я сам?

– В серые папки жизнь наша связана,

в серые папки связана смерть,

в белых тесемках – наша прекрасная,

больше ни с чем не сравнимая смерть, —

Сика-лиса, коллективная смерть.