Немного удачи

Он нес Джоуи на руках и жалел, что у него нет веревки, чтобы привязать к себе Фрэнки, поскольку тот все время исчезал, хотя и объявлялся, как только Уолтер начинал паниковать. Розанна все повторяла:

– Фрэнки, держи меня за руку!

Но она тоже все время отвлекалась. Она едва улыбнулась, когда Уолтер, полушутя, заметил:

– Надо было заранее его выпороть!

Секунду спустя, когда Фрэнки врезался в ноги Уолтера, тот схватил его за плечо и самым строгим голосом, на какой был способен, сказал:

– Если будешь все время отходить от меня, тебе не позволят войти, а мы-то пройдем, и что ты тогда будешь делать?

Фрэнки посмотрел на него снизу вверх и ответил:

– Убегу!

Но все-таки взял отца за руку и не отходил от него, пока они не вошли внутрь.

К счастью, за дверью толстяк, на голове у которого был носовой платок, а поверх него – шляпа, увидев, как Фрэнки скачет на месте, сказал:

– Мальчик, веди себя тихо в присутствии преподобного Сандея, а то он не переносит шума среди зрителей и сразу же тебя выгонит.

Я своими глазами такое видел.

Фрэнк широко раскрыл рот (Уолтеру показалось, что необъятные габариты мужчины произвели на него большее впечатление, нежели угроза), ну а сам Уолтер воспользовался возможностью и спросил, на скольких собраниях толстяк уже побывал.

– Это для меня двенадцатое. Я посещаю их где-то раз в год. Я был на самом первом, в Гарнере. Тогда он в первый раз выступал перед зрителями. Историческое событие. – Он вдруг нагнулся и пристально посмотрел на Фрэнки.

 – Веди себя как следует, слышишь? Я за тобой слежу!

По правде говоря, Уолтер был этому рад. Розанна не сводила глаз со сцены, хора и всей этой толпы. Он разок окликнул ее, но она как будто не слышала.

Джо ужасно раздражал гвалт вокруг. Огромное помещение, в котором они оказались, прямо-таки содрогалось от шума, поэтому он перво-наперво постарался положить голову папе на грудь, прижать ухо к его рубашке, второе ухо зажать рукой и закрыть глаза.

Стало немного получше, но шум оказался не просто звуком, но еще топотом, от которого все вокруг содрогалось. Казалось, будто он слышит это всем телом – от макушки головы и до пальцев ног. Джо постарался вспомнить самые громкие звуки, которые когда-либо слышал (раскаты грома, мычание стада коров, вопли Фрэнки прямо ему в ухо), и решил, что это еще хуже. Он повернулся, чтобы прижать к папе другое ухо, но это тоже не помогло.