Школония

– Доктор, он приходит в себя! – окончательно вырвал меня из мира грез звонкий девичий голос.

Я раскрыл глаза. Разум еще не отошел от сна, но при виде девушки в больничной шапочке со спущенной к подбородку маской и в белоснежном халате, я понял, что нахожусь в безопасном месте – в больнице.

Девушка перевела взволнованный взгляд на мужчину, который был одет так же, как и его коллега.

– Пришел в себя, наконец-то, – сказал он мягко, с облегчением, словно только что опустил какую-то тяжелую ношу.

– Мальчик, – обратилась девушка ко мне, – Марк, верно?

Я медленно кивнул.

Чувствовал себя как в десятикилограммовом костюме, в котором каждое движение и вдох давались с трудом.

– Он еще очень слаб, – заметил доктор, а потом обратился ко мне: – Не переживай. Твоей жизни больше ничего не угрожает.

Я опустил голову, почти прижавшись подбородком к ключицам. Ожидал увидеть забинтованные в несколько слоев руки, ноги, туловище. Но ничего такого не было. Кожа выглядела целой, боль меня не мучила.

– Тебя нашли прохожие, которые и вызвали пожарных. Ты лежал прямо напротив своего дома, на другой стороне улицы.

Меня как кипятком облили. Похоже, я, сам того не замечая, устремил на доктора настолько удивленный взгляд, что он выпрямился и даже отшатнулся.

– Ты можешь рассказать, что произошло? – спросила медсестра.

– Погоди-погоди, – доктор положил ей одну руку на плечо, во второй же держал белую папку. Раскрыл ее и пролистал несколько страниц, после чего продолжил: – Наш пациент с рождения не способен говорить из-за нарушения речевого центра.

Плюс ко всему, – добавил доктор, – он не может стоять на ногах. С рождения.

– Паралич? – спросила девушка.

– Нет. Ноги развиваются вместе с ним, как видите, но медленно и не способны чувствовать. Точного диагноза здесь нет. – Он перелистывал одну страницу за другой, затем с хлопком закрыл медицинскую карту.

Девушка обратилась ко мне:

– Ты что-то чувствуешь? Ощущаешь свои ноги?

Я покачал головой.

– Странно, – сказал доктор, – очень странно.

Это неестественно.

Уж простите. Каким Бог сотворил.

Еще около минуты они обсуждали причины, по которым мои ноги «развивались медленно», не держали вес моего тела и не чувствовали прикосновений. Сквозь эту болтовню я слышал папин голос, когда один за другим его осыпали удары. Прямо на фоне медсестры и доктора появилась сцена его избиения. Я не мог прекратить видеть ее и отвлечься на что-то другое. Все мысли были только об отце.