Дневник смертницы. Хадижа

Снизу из-под него торчал жесткий тюль – такой вешают как занавеску в городских домах. Дядя накануне ездил на рынок за костюмом и купил мне платье, белые гольфы и белые туфли. У меня в груди все пело. Я бежала по дороге до невестиного дома вприпрыжку. Мне хотелось радоваться и танцевать. Я постоянно проводила рукой по платью, сверху оно было расшито блестками. Как моей руке было приятно!

Ворота во дворе невесты были открыты. Нас встретили их женщины. Наши и их женщины поцеловались и перемешались. Все вошли в дом. У них на крыльце стояла разная обувь – блестящие туфли на каблуках, резиновые шлепки, мужские лаковые туфли.

К ним, наверное, приехали родственники из города – только в городе носят такую красивую обувь.

Все спешили в комнату невесты, женщин было так много, я не могла пройти через них. Они стояли в очереди у входа и толкались. Одни выходили, другие заходили посмотреть на невесту. Я прижалась к животу Салихи и прошла с ней и Айкой. Айка со мной весь день не разговаривала, она мне завидовала. Аман, думала я, разве можно впускать в себя всякие плохие чувства?

Невеста стояла в углу возле окна.

Аман! Какое красивое платье было на ней! Белое, как… как даже не знаю что. Гладкое, как роза. Ажурное, как хрустальная ваза. Аман… Все переливалось, блестело. Как я тоже хотела быть невестой.

Салиха подошла к невесте, подняла фату, чтобы посмотреть ее лицо, как будто она его никогда не видела, и покачала головой – довольная. Другие женщины тоже подходили к невесте, поднимали фату и смотрели на нее.

Все были довольны. Только невеста плакала. Сначала она плакала тихо, потом слышнее. Никто не обращал на это внимания.

Женщины взяли ее за руки и повели из комнаты. Она пошла, но стала плакать еще громче. Прибежали женщины – ее родственницы – и тоже начали плакать. Честное слово, так обидно мне стало! Если они не хотели ее нам отдавать, зачем сами согласились?

Когда невеста вышла из дома, женщины начали бросать на нее рис и конфеты. Прибежал какой-то их родственник и стал стрелять из ружья.

Женщины с их стороны шли за невестой до ворот и плакали в голос. Женщины с нашей стороны не обращали на них внимания. Одна несла перед невестой зеркало, другая – керосиновую лампу. Если зеркало во время свадьбы разобьется, это к большому несчастью.

Женщины с их стороны вышли за ворота и смотрели нам вслед. Им не положено было идти с нами. Родственники невесты не приходят на свадьбу.

Когда мы подошли к нашему дому, невеста стала плакать не так слышно.