Смерть Отморозка

Деревенская публика, собравшаяся на площади, действительно, смотрелась не особенно презентабельно. Посетители ресторанчика, в котором они сидели, выглядели еще относительно прилично: тут цены были повыше; в других заведениях градус пристойности заметно понижался.

–Вон у той тетки жопа на стуле не помещается, а она лосины напялила! – Ляля кивнула на немолодую толстую даму, одетую с чрезмерной яркостью, сидевшую в соседнем кафе за столом с пожилым длинноволосым мужчиной неряшливого вида.

–А помнишь, нам гид в Версале рассказывал, что какой-то знаменитый король у них только два раза в жизни мылся? – усмехнулся Брыкин.

– У него даже прозвище было «Вонючка».

–Я их сейчас сфоткаю! – объявила Ляля, доставая телефон.– У себя на сайте размещу, напишу: «Элегантные французы». Пусть наши посмеются.

Норов, который еще недавно сам нелестно характеризовал гигиенические привычки французов, слыша насмешливые реплики соотечественников, почувствовал себя обязанным заступиться.

–Не надо забывать, мы в маленькой деревне, а не в Париже.

Вы представляете наших пейзанов где-нибудь в Похмелюгино, в кафе на площади? В Похмелюгино вообще есть площадь? А в Малой Тухловке? А в какой из наших деревень есть такая площадь, как здесь?

–В Москве!– хмыкнул Брыкин.– Красная. Сколько тут, кстати, населения?

–Тысячи две-три, не больше.

–Всего-навсего?! На две тысячи – пять, нет шесть кафе! Это только тут, а, поди, за углом еще имеется! Ну нет, с нами не сравнить, согласен.

Если это место взять по числу душ, то дыра-дырой, а вид такой… внушительный! Ляльк, сколько в твоем Похвистневе кафе? Одно хоть есть?

–Да там полно и кафе, и ресторанов! – отозвалась Ляля, задетая.– Правда, я там не была уж не знаю сколько.

–Похвистнево – это где? – спросила Анна.

–В Поволжье. Я родилась там. Между прочим, это – не деревня, а районный центр! Там тридцать тысяч живет, даже больше!

–Тридцать тысяч, по французским стандартам, – крупный город,– заметил Норов примирительно.

Брыкин допил коньяк и удовлетворенно заметил:

–Умеют делать враги, не отнимешь.

Он подмигнул Ляле.

–Скоро свой лить начнешь, а?

Ляля, несколько обиженная его неуважительным отзывом о таком известном центре культуры как Похвистнево, чуть оттаяла.

–Ну, коньяк-то не знаю, а вино планирую прям со следующего года запустить,– подтвердила она.

–С этим Жеромом можно любые дела мутить,– доверительно сообщил Брыкин Норову.