Зверь поневоле

Она вздохнула и вновь перевела взгляд на воду, сосредотачиваясь.

***

Замерзшие ступни неприятно кололо, обувка натерла влажную кожу. Шелли поморщилась, припоминая ледяную речную водицу: можно сказать, в сравнении с ней, ручей достаточно прогрелся для купаний. Река, точно в противовес, все лето оставалась мерзлой. Кроме того, она вновь не преуспела. Гром лишь пожал плечами, отпуская очередное ехидное замечание – нисколь не обидное, ей за эти годы стали привычны его нападки, да и зла в них не слышалось.

Деревья расступились, являя взгляду ряды изб.

Шелли поспешила, быстро перебирая ногами. К ужину поспела – и то хорошо, наверняка Дерек снова её потерял. Но оправдываться ей не впервой.

До ушей донесся радостный гул. Свернув за избу батюшки на пустырь, она остановилась, нахмурившись: люд столпился, кричал наперебой, кто смеялся, кто улюлюкал. Шелли нырнула в толпу, протиснувшись меж плотно стоящим народом, вывалилась в центр. Глаза расширились, под ребрами затрепетало, горло пересохло. Изо рта вырвался вздох облегчения, она по-детски взвизгнула, кинувшись к долговязой мужской фигуре.

Вернулся! Он вернулся.

– Ричи! – девичьи руки сомкнулись на его животе, лоб прижался к широкой спине, она ощутила, как сердце, готовое пробить грудину, тарабанило в висках. – Живой! Ты живой! Светило небесное, вернулся!

Ей хотелось плакать, смеяться и снова плакать. Восторг неописуемый отразился в девичьем взгляде, когда он обернулся, тепло улыбнувшись, кивнул.

– Рад видеть тебя в добром здравии, Шелли.

Грязь и пыль укрыли его с носа башмаков до макушки, а на гладком лице отросла колючая щетина, щеки осунулись, длинные темные волосы слиплись, утратили блеск, однако изменения не коснулись глаз, те, насмешливо сощуренные, сияли как прежде.

Ричи отстранился, внимательно осмотрев её со стороны, фыркнул:

– Смотрю, моя невеста верна своим привычкам.

Шелли потупилась на миг, вспоминая о своем виде: растрепанная коса, местами мокрый подол с пятнами. Стало не по себе.

Однако ж он будто хорош собою! Сам сейчас бродягу без роду и племени напоминает и ещё что-то ей говорит.

– Слово доброе сказал бы, сколько меня не видел, – вскинулась упрямо в попытке казаться выше. Однако сколь ни старайся, росточком она едва ли доходила ему до груди.

Сбоку раздались тяжелые шаги, толпа расступилась. Шелли обернулась, уже зная, кого там увидит. Батюшка потер бороду, смерил её недовольным взглядом и, пройдя мимо, опустил ладонь на плечо Ричи.