Долгая долина

– Ну что ты…

Тут Мэри наконец вспомнила о предложении, благосклонно его приняла и позволила Гарри себя поцеловать.

– А еще в саду будет маленький прудик вровень с землей. Знаешь, зачем? На нашем холме живет множество певчих птиц: там и овсянки, и дикие канарейки, и красноплечие дрозды, и, конечно же, воробьи с коноплянками, и огромное множество перепелок! Все они станут прилетать в наш сад, чтобы попить воды.

Мэри была очень хорошенькая. Гарри хотелось зацеловать ее всю, и она разрешила.

– Ах да, и фуксии! – вспомнила она.

 – Не забудь про фуксии. Они похожи на тропические рождественские елочки, правда? Только надо будет каждый день сгребать с лужайки дубовые листья, не то ее совсем запорошит.

Гарри расхохотался.

– Сумасшедшая стрекоза! У нас еще ни земли, ни дома, ни сада, а ты уже переживаешь за лужайку. Прелесть ты моя! Смотрю на тебя и… съесть хочется!

Это немного напугало Мэри. По ее лицу пробежала тень досады. Однако же она подарила Гарри еще один поцелуй на прощание, отправила его домой и вернулась в свою комнату.

Там Мэри села за голубой письменный столик и раскрыла тетрадь, в которую записывала разные разности. Она взяла ручку, украшенную павлиньим пером, и аккуратно вывела: «Мэри Теллер», потом еще и еще, а раз или два написала по-другому: «Миссис Гарри Э. Теллер».

II

Свадьбу сыграли, землю купили, дом построили. Мэри нарисовала подробный план сада и внимательно следила за рабочими, пока его разбивали. Она продумала все до дюйма и не желала поступаться ничем.

Прудик вырыли и залили цементом строго по ее чертежам: он напоминал сердечко без острия снизу, с плавно изгибающимися боками, чтобы птицам было удобно пить.

Гарри наблюдал за женой с искренним восхищением.

– Кто бы подумал, что такая красотка еще и дело умеет делать!

Мэри было приятно это слышать, а поскольку и настроение у нее было прекрасное, она сказала Гарри:

– Если хочешь, ты тоже можешь посадить что-нибудь в саду.

– Нет уж, Мэри, мне слишком нравится смотреть, как ты воплощаешь в жизнь свои мечты. Делай все по-своему.

Какой же у нее чудесный муж! А с другой стороны, это все-таки ее сад. Она сама его нарисовала, сама претворила в жизнь и тщательно продумала все сочетания цветов. А вдруг Гарри захотел бы посадить что-то из ряда вон? Ничего хорошего бы из этого не вышло.

Наконец под дубами зазеленела лужайка, а в закопанных горшочках зацвели пестрые цинерарии.