Полковнику никто не пишет. Шалая листва. Рассказ человека, оказавшегося за бортом корабля

Но на самом деле полковник уже сам решил продать петуха сегодня. Он представил себе, как дон Сабас одиноко сидит перед вентилятором в ожидании ежедневного укола. Полковник заранее знал, что ему скажет кум.

– Возьми с собой петуха, – твердила жена. – Товар надо показывать лицом.

Но полковник отказался. Она проводила его до калитки, не теряя последней отчаянной надежды.

– Да пусть его там ждет хоть целое войско, – сказала она. – Возьми его за руку и не отпускай, пока он не заплатит девятьсот песо.

– Люди подумают, что мы готовимся совершить налет.

Жена пропустила его слова мимо ушей.

– Помни, что хозяин петуха – ты, – растолковывала она. – Что не кум тебе, а ты ему делаешь одолжение.

– Хорошо.

Дон Сабас сидел с врачом в спальне.

– Воспользуйтесь случаем и поговорите с ним прямо сейчас, – сказала полковнику жена дона Сабаса. – Он собрался в имение и сейчас консультируется с доктором насчет режима. Раньше четверга не вернется.

Полковником овладели противоречивые чувства.

С одной стороны, он твердо решил продать петуха, с другой – жалел, что пришел именно сейчас: через час он мог бы уже и не застать дона Сабаса дома.

– Я могу подождать, – сказал он.

Но женщина и слышать ничего не желала. Она проводила его в спальню, где дон Сабас сидел в одних трусах на огромной пышной постели, уставившись на врача бесцветными глазами. Полковник подождал, пока врач, нагрев пробирку с мочой пациента, понюхал пар и одобрительно кивнул дону Сабасу.

– Лучше бы его сразу расстрелять, – сказал врач полковнику.

 – Диабет – чересчур долгий способ избавления от богачей.

– У вас уже почти получилось это с помощью ваших проклятых уколов инсулина, – сказал дон Сабас и подпрыгнул на своих дряблых ягодицах. – Ничего, я – крепкий орешек, вам не по зубам. – И обратился к полковнику: – Проходите, кум. Утром я побежал догонять вас, да где там… Даже шляпы вашей не увидел.

– Я не ношу шляпы, чтобы ни перед кем ее не снимать.

Дон Сабас начал одеваться.

Врач сунул в карман пиджака пробирку с кровью для анализа, после чего навел порядок в своем саквояже, и полковник решил, что тот собирается уходить.

– На вашем месте, доктор, я прислал бы куму счет на сто тысяч песо. Тогда он не был бы так занят.

– Я уже предлагал ему пари на миллион, – сказал врач. – Лучшее лекарство от диабета – бедность.

– Спасибо за рецепт, – сказал дон Сабас, пытаясь втиснуть свой объемистый живот в брюки для верховой езды.