А я по любви хочу!

Зачем я собственно иду в тот кабинет? Может, чтобы не терять время и нервы, сразу отправиться в темницу? Или опять притвориться больной, упасть в обморок, тогда меня отнесут в комнату и ненадолго оставят в покое? Хм… Нет, больной я притворялась в прошлый раз, не поверят. Или рискнуть?.. Но… Тогда я буду изнывать от любопытства, что же там всё-таки за пакость, из-за которой родную дочь не жаль и в темницу отправить?! Дилемма, однако…

Похоже, время и нервы потратить придётся, а там – по обстоятельствам: или болеть, или сидеть.

Посмотрим… О, как раз и к нужным апартаментам подошли.

Конвоир распахнул передо мной дверь и снова склонился, благодаря за оказанную честь меня сопровождать:

– Принцесса…

– Лаир… – с достоинством кивнула я и, посчитав, что на этом церемонии соблюдены, полностью потеряла к нему интерес, развернулась к папеньке, присев в глубоком реверансе: – Ваше светлейшество… Ваше высочество…

Второй реверанс, не столь глубокий, предназначался принцу Альберту, который тоже был здесь.

И если их тут двое, значит пакость очень серьёзная и без темницы не обойтись, в болезнь точно никто не поверит… Эх, тоска зелёная…

– Здравствуй, дочь, нам приятно видеть тебя в добром здравии, – официально, хоть мы и были в узком семейном кругу, начал отец. Что ж, вот и намёк на здоровье, следовательно, как я и предполагала, больной притворяться бессмысленно… – Но мы огорчены тем, что ты не оправдала надежд всего королевства и позволила занять предназначенное тебе место какой-то иномирной простолюдинке…

О, вот и взывание к чувству вины! Весьма предсказуемо.

Он бы еще к моей совести воззвал! Ну-ну. Ладно, сделаем покаянный вид, от меня не убудет, не зря же человек старается…

– Однако, в своём милосердии мы готовы тебя простить, списав эту неудачу на юношескую неопытность и лёгкое недомогание, которое мучило тебя в последнее время, но, к счастью, прошло, – продолжил светлейший и замолчал, ожидая, когда сделаю книксен в знак благодарности.

Я пока не стала его разочаровывать, успею ещё… А сейчас слушаем дальше, вот-вот будет самое интересное, то, ради чего все эти психологические качели затевались.