Мечта длиною в лето

Сразу под красной строкой были нарисованы два крюка на тросах – большой и маленький, спускающиеся со стрелы башенного крана, и дан первый совет: «Не стой под стрелой».

Ему показалось, что гипсовый Ленин посреди стола стал похож на Ваньку Павлищева и злорадно подмигивает, кривляясь: «Получил, фашист, гранату?»

Да, граната, которую он получил, была мощной. До свидания, клад, чао-какао, мобильные телефоны и плееры, прощайте, мечты!

Федька почувствовал себя так, как если бы ему вместо обещанного дедом ко дню рождения компьютера последней комплектации всучили грубо сделанную из картона игрушку с нарисованной клавиатурой.

Ему отчаянно хотелось плакать.

Старушки поняли его оцепенение по-своему:

– Бери, бери, не стесняйся! Эта тетрадь теперь твоя. Перечитай её, и ты увидишь, как нелегко приходилось твоим ровесникам становиться настоящими рабочими.

Растекаясь в улыбках, они ласково глядели на него, ожидая восхищения подарком, и Фёдор понял, что не может обмануть их ожиданий, и выдавил из себя слова признания:

– Спасибо, я всю жизнь мечтал почитать про тракторный цех.

– Видишь, Надя, – торжественно выпрямилась Вера Степановна, обращаясь к сестре, – у нашей молодёжи ещё есть надежда на счастливое будущее.

– Да, Верочка, – пискнула сестра, – но, надеюсь, они не забудут и о научном атеизме.

Она повернулась к Федьке, приложив руку к груди, словно хотела вынуть своё сердце и подарить вместе с тетрадкой.

– Фёдор, – серьёзно сказала она, и Федька понял, что её голос может звенеть металлом не хуже, чем у Веры Степановны, – мы с тобой должны выбрать время и побеседовать о научном атеизме.

Если ты вооружишься знаниями по вопросу атеизма, то сможешь избавиться от многих предрассудков. Твоим глазам явится истина верного учения Маркса – Энгельса – Ленина, и ты поймёшь, почему человек погряз в косности и невежестве.

– Ты знаешь, что такое атеизм? – Тоненький пальчик Надежды Степановны нацелился на Федькин лоб.

Сначала он хотел соврать, что знает.

Но потом подумал, что она, чего доброго, захочет проверить его знания, и честно признался:

– Нет. – И, уже жалобно, попросил: – Вера Степановна, Надежда Степановна, можно я пойду домой к деду?

– Иди, Фёдор, но помни наш разговор, – позволила Вера Степановна.

А Надежда Степановна, снова превращаясь в милую бабулю, добавила:

– Забегай чайку попить. И деда приводи.

Федя нехотя поплёлся к дому, сжимая в руке тетрадь с советами молодому рабочему.