Безутешная плоть

Я сказала, ВаМаньянга, студентов становится все больше, потому что правительство обучает молодых людей. Так разве не тут ты можешь помочь? Разве не тут мы можем помочь? Да, это была я. Я это сказала!

Ты стоишь в темном, заставленном помещении, а хозяйка ищет нужный ключ на железном кольце размером с небольшой бубен, которое вынимает из складок платья бубу.

Первый ключ заедает.

– Не волнуйтесь, – успокаивает она. – Ни о чем не волнуйтесь. Все двери в прекрасном состоянии. ВаМаньянга хотел, чтобы все было так.

Чтобы все было в прекрасном состоянии. Так он хотел.

После коротких поисков она вставляет другой ключ. Замок щелкает. Тяжелая тиковая дверь открывается.

– Благодарю тебя, Бог, – провозглашает, проходя вперед, твоя потенциальная хозяйка.

За дверью она останавливается, чтобы сориентироваться. Гостиная долго стояла запертой. Пахнет плесенью.

– Да, благодарю, благодарю тебя, Бог, – декламирует она, – за тот дар, что я имела, за прекрасного мужа.

Комната забита всякой всячиной, как в комиссионном магазине: разномастные столы, кофейные столики из Тонги, в пионер-стиле, капско-голландском, из старых колониальных шпал, а также парочка таких, что можно приобрести на обочине у торговцев и лозоплетельщиков, на них разного рода статуэтки.

Тяжелые кресла, диваны, обтянутые кожей антилоп куду пуфы занимают оставшееся пространство. Проходя вперед, хозяйка опирается рукой на спинку стула и подводит тебя к креслу, которое при касании извергает облако пыли.

– Да, каждому, у кого есть соответствующий дух, было ясно, что необходимо повиноваться божественным указаниям, мисс Сигауке, что наши молодые люди, обучающиеся в университете, нуждаются.

У скольких из них есть машины? У большинства нет. Так неужели же большинство не страдает? Разве я не права?

Вдова опускается на диван. Ты наклоняешься к ней, теперь она тебе интересна. Страдают! Уже не дети, но еще не старые: вдова дала определение твоей проблеме. Это утешает и вместе с тем тревожит: неизвестный тебе человек видит твою ситуацию насквозь, вертит ее и так и эдак, препарирует.

– Да, мисс Сигауке, вы понимаете. – Интерес к ее словам воодушевляет вдову. – Посмотрите на себя. У вас есть диплом. – И она опять переключается на студентов, призывая тебя посмотреть на них в свете христианства. – Подумайте о несчастных молодых людях. Мы собираемся на наши женские встречи, и, когда слышим, как в наши дни многие девушки из университета проявляют слабость, у нас разрывается сердце.