Маленькие женщины. Хорошие жены

Необычно было видеть вечно занятую маму раскачивающейся в кресле-качалке с книгой в руках с утра пораньше, и у Джо возникло чувство, что произошло что-то сверхъестественное, по сравнению с чем затмение, землетрясение или извержение вулкана казались ей обыденными явлениями.

– Всё как-то не так, – сказала она себе, спускаясь вниз. – Бет плачет, это верный знак, что в семье непорядок. Если это Эми виновата, я ей покажу.

Чувствуя себя не в своей тарелке, Джо поспешила в гостиную и увидела, что Бет рыдает над кенарем Пипом, который лежал мёртвым в клетке, трогательно вытянув свои маленькие коготки, словно умоляя о пище, из-за отсутствия которой он и умер.

– Это я во всём виновата, я забыла о нём, в клетке не осталось ни зёрнышка, ни капельки воды. О, Пип! О, Пип! Как я могла быть так жестока с тобой? – воскликнула Бэт, беря бедняжку на руки и пытаясь вернуть его к жизни.

Джо заглянула в его полуоткрытый глаз, проверила, не бьется ли сердце, и, обнаружив, что Пип уже окоченел, покачала головой и предложила свою коробку из-под домино в качестве гробика.

– Положи его в духовку, может быть, он согреется и оживёт, – с надеждой предложила Эми.

– Он голодал, и теперь, когда он умер, я не собираюсь его запекать. Я сошью ему саван, и мы похороним его в саду, я больше никогда не заведу другую птицу, никогда, мой Пип! Потому что я слишком плохая, чтобы иметь питомцев, – причитала Бет, сидя на полу с птицей в сложенных ладонях.

– Похороны состоятся сегодня днём, и мы все будем на них присутствовать.

А теперь не плачь, Бетти. Очень жаль, но на этой неделе всё шло не так, как надо, и Пип не перенёс этого эксперимента. Сшей саван и положи его в мою коробку, а после званого обеда мы устроим ему достойные маленькие похороны, – сказала Джо, начиная чувствовать себя так, словно взяла на себя большую ответственность.

Оставив сестёр утешать Бет, она отправилась на кухню, где царил ужасный беспорядок. Надев большой фартук, она принялась за работу и собрала посуду для мытья, вдруг обнаружив, что огонь в печи погас.

– Какая приятная перспектива! – пробормотала Джо, шумно открыв дверцу печки и энергично шевеля тлеющие угли.

Она думала, что сходит на рынок, пока разгорался огонь и нагревалась вода. Прогулка подняла ей настроение, и, льстя себя надеждой, что ей удалось заключить выгодную сделку, она поплелась домой, купив слишком молодого омара, немного престарелой спаржи и две коробки кислющей клубники.