Время сестер

Как раз успею вынести все вещи из машины. И спасибо, дядя Сед, что не поселил меня по соседству с Харпер.

– Вы должны быть подругами, а не врагами, – сказал Сед. – Энни больше всего мечтала о том, чтобы однажды вы стали одной дружной семьей.

– Ну это вряд ли, – сказала Тауни, садясь обратно в машину, чтобы подъехать поближе к своему коттеджу.

Проезжая мимо двенадцатого коттеджа, Тауни заметила припаркованный старый автомобиль, а когда она подъехала на место, то смогла разглядеть вдалеке четырехместный пикап, стоявший у дома.

– Вот, значит, на чем теперь ездит Харпер. А Дана, похоже, добилась в жизни большего, но ведь она и старше.

Да кто ты такая, чтобы судить других после всего, что сама натворила? Голос, прозвучавший в ее голове, несомненно, принадлежал бабушке.

– Я была не виновата, – произнесла Тауни вслух, заезжая на парковочное место около седьмого коттеджа.

Я предупреждала тебя об этом негодном мальчишке. Я сразу знала, что от него будут одни неприятности, еще когда вы заезжали прошлым летом.

Гордец, эгоист и откровенный нахал – но ты меня и слушать не стала! Ты сама во всем виновата. Теперь в ушах звучал голос ее матери.

– Нет, ну надо же! Мама и бабушка наконец сошлись во мнении. Наверно, сейчас прямо здесь, на озере, поднимется буря, – сказала Тауни и закинула голову назад, но на чистом голубом небе не было ни одного белого пушистого облачка.

Она вышла из машины и открыла дверь коттеджа.

– Две койки, – вздохнула она.

Конечно, коттедж был больше, чем ее старая однокомнатная квартирка в Остине, и любая из этих кроватей – лучше, чем комковатый матрас, на котором она спала последние три месяца.

Однако она все же ожидала увидеть широкую двуспальную кровать.

– Что ж, как говорится – бери, что дают. Верно, бабушка? В детстве ты постоянно нам это твердила.

В горле почувствовался комок, и у Тауни задрожал подбородок и нижняя губа. Почему… почему она не нашла времени навестить бабулю за последние три месяца?

Оставив чемоданы и коробки на пороге, она зашагала в сторону кафе.

Ее длинные золотистые волосы развевались на сильном ветру и лезли ей в лицо, поэтому она достала резинку из кармана облегающих джинсов, чтобы сделать хвост. Когда Тауни закончила возиться с прической, она уже стояла у парадной двери, но войти так и не решилась и вместо этого присела на скамейку.

Ветер доносил запахи воды с резким рыбьим духом, но они не могли заглушить аромат жареного лука, исходящего из кафе.