Ставка на жизнь

Часто именно этот витамин показывает наличие рака, особенно когда он превышает значение «пятьсот», у меня три недели назад было триста пятьдесят восемь при норме пятьдесят – семьдесят пять. Но уменьшения его только чесноком и луком не добьёшься, однако если снижение произойдёт значительное, к примеру, в два раза, то это будет означать уменьшение раковых клеток, и, значит, скорее всего, начал действовать весь комплекс моего лечения – от настойки корня до ходьбы и диеты. В принципе, можно пробовать и химиотерапию как дополнение, но после неё стоит тоже проверить эффект.

Как это сделать, я не знаю, надо поговорить с врачом.

Спать лёг около одиннадцати, а проснулся в половине четвёртого. Прошёлся по улице и снова спать. Второй раз проснулся около семи, сделал зарядку, съел пару кусочков консервов из язя и поехал в ОКБ за каким-то веществом, которое надо выпить перед процедурой. Искали радиологический корпус вместе с женщиной из Юрги, она лечит мужа, пока безуспешно.

Специально сделала прописку в Томске, чтобы лечиться не в Кемерове, там, говорит, полный бардак.

Меня радует, что у нас лучше, но не радует, что там плохо, везде же наши люди. Её муж уже третий раз проходит лечение, но улучшений нет. Получаю ампулу очень быстро, максимум за пять минут, это радует…

ОКБ открылась в 1983 году, ленточку разрезали Егор Лигачев и Виктор Пановица, тогда это было огромное событие. Я присутствовал на открытии, меня пригласил Слава Розанов, бывший пациент наркологического диспансера, которого я в своё время вытащил из запоев.

Потом он работал у меня в отделе медоборудования, а когда узнал, что в ОКБ дают малосемейки, ушёл работать туда. Я ездил к нему и даже немного помогал устанавливать и запускать оборудование. После открытия больницы в 1983 году главврачом стал Романов, путёвый дядька, встречались несколько раз. И в этой клинике есть песчинка и моего участия. Жаль, что Слава без моего контроля через три года запил и умер, очень жаль. Красивый, интеллигентный, умный мужчина с московскими корнями. Как его любили женщины!

Кстати, много лет позже больницей руководил Борис Серых, который дружил с Анатолием Потаповым, организатором в Томске научных центров онкологии, кардиологии, психиатрии, фармакологии и генетики, и с Леонидом Рихвановым, профессором ТПУ, геоэкологом. Я работал с обоими его друзьями, а со Старых как-то встречался в Тимирязеве в доме Рихванова и рассказывал, как я привёл к ним одного из первых инженеров, обслуживающих медицинскую технику.