Ставка на жизнь

Вообще я заметил, что в девяносто пяти процентах случаев команда, проигрывающая два мяча по первому тайму, не забивает во втором два мяча, то есть проигрывает. Более того, ещё пропускает и третий. Психология. И это касается сильных команд. Канадские команды в семидесяти пяти процентах случаев забивают три мяча, и обе команды забивают. Команды из Коста-Рики и Гватемалы часто забивают в меньшинстве, когда одного игрока выгнали с поля. Хочется посмотреть, кто сегодня играет. Я знаю, что «Портленд» играет сегодня точно, но не знаю время.

Варю кофе, но не смотрю. Да и денег на картах нет, а до банкомата надо идти километр – в «Ленту». Можно, конечно, ввести для оплаты карту «Совкомбанка», но держусь. Спать неохота. Пью кофе вприкуску с мёдом. Желание посмотреть разбирает. Может, немного глянуть? Ну, гляну, захочу поставить, а деньги где взять? Даже Москва уже спит или ложится. Хотя было бы желание… Можно попросить и на Кипре, и в Черногории, да и у Ольги в США. Никто не откажет, но…

Меня волнует состояние нашей экономики, ну и, конечно, СВО.

Больше СВО, там реально гибнут наши парни. Я вспоминаю царское время, когда любая война усиливала единение народа с властью. Даже дети царей, даже дочери их шли на фронт, это было в крови той власти, всех дворян. Недаром же Павел I, желая ослабить военную мощь России, издал указ об освобождении от воинской повинности дворян. Сегодня не так, поэтому для многих, от кого зависит успех операции, война далеко, как ни кричи и как ни вещай по телеку. В первые два месяца мы потеряли военных больше, чем за всё остальное время – учились по ходу пьесы. Как-то я написал поздравление ко Дню Победы, озаглавив его так: «Пусть этот день будет последним, ибо победы бывают после войн, тяжёлых и кровопролитных».

Я понимаю необходимость, неизбежность такой операции, но не ценой каких-то контрактников, которым за это платят. Чем больше времени идёт операция, тем больше Запад будет выигрывать, ослабляя Россию. Уже в следующем году неизбежно повышение цен.

Что бы мы ни говорили о загнивании Запада, до семидесяти пяти процентов аналитических приборов, высокотехнологических линий, даже гидравлику, машиностроительную продукцию мы брали оттуда. Представим, что газ у них стал три тысячи за куб, даже пять, – капиталист с Запада заложит их в цену своей продукции, да ещё накрутит на неё. А у нас вся химия, нефтехимия, медицина работает на западных приборах и оборудовании.