Аристократ

«Должно быть, эта чаша обладает каким-то магнетизмом, сверхпроводимостью, которая изменяет массу и свою, и того, кто к ней прикасается», – подумал Томас Лонг.

Внутри чаши металл был отполирован, и Томас Лонг увидел своё искривлённое отражение: его лицо выглядело длинным и вытянутым.

«Какой я, однако, нелепый…» – сказал он вслух и удивился тому, что именно таким тембром голоса говорила лошадь в его ночном полусне-полувидении.

Томас Лонг стал вглядываться в искривлённое чашей лицо и поразился тому, что деформированное золотом отражение обладает невероятным сходством с той лошадью.

У него вдруг закружилась голова, и он поскорее отставил чашу в сторону.

Он не понимал, что происходит, но точно знал, что ему делать.

Нужно было каким-то образом вернуть чашу в антикварный магазин, да так, чтобы никто не узнал о его неумышленном воровстве.

Томас Лонг решил, что следует этот вопрос хорошенько обдумать, и что лучше это сделать на свежую голову, когда он придёт в себя после утренних событий.

Он завернул чашу в полотенце и положил её в кухонный морозильник – на случай, если она вдруг захочет нагреваться и светиться, как тогда в магазине.

После этого Томас Лонг сел к компьютеру, подправил своё резюме и разослал его по разным работодателям и кадровым агентствам: аура аурой, а работу нужно было искать.

Глава десятая

Аристократ – тот, кто осознаёт и чувствует себя аристократом. Всякий человек, вступающий на путь совершенствования по аристократическому образцу, должен быть признан аристократом.

Аристократ – это не данность, а заданность. Аристократом нельзя родиться, но им можно умереть. Аристократом нельзя быть или стать по заслугам, по достижениям и результатам. Новый аристократ – это всегда внутренняя реформа, когда человек приобретает особый тип сознания, на основе которого строится его судьба и характер.

«Кодекс аристократа»

Покончив с поиском работы, Томас Лонг стал размышлять о странном истолковании своего сна, сделанном ясновидицей из магазина колониальных товаров.

Она что-то говорила про статую рыцаря на лошади на площади города и добавила, что он сам теперь – рыцарь.

Томас Лонг пожалел, что не уточнил у неё тогда, что именно она имела в виду.

И что это ещё за рыцарь? – что за романтическая метафора?

Он был уже не в том возрасте, чтобы воображать себя среди рыцарских орденов, крестовых походов, поединков и турниров.