Кумач надорванный. Книга 2. Становление.

Часть действительно пошла за Жириновским. В машины, после колебаний, уселось и несколько пожилых депутатов.

– Я сердечник. Я не выдержу автобусной тряски, – бормотал, оправдываясь, грузный депутат, с трудом втискиваясь в тесный салон.

За тронувшейся автоколонной увязались два жёлтых милицейских УАЗа. Сквозь заднее стекло идущего последним автобуса было видно, как сидящий в кабине рядом с водителем офицер на каждом из перекрёстков что-то лопочет в рацию.

Ехать пришлось долго. Водитель головного автобуса, не зная, как следует, дороги, ошибался на развилках, сворачивал не на те деревни, путая и колонну, и милицейский УАЗ.

Алкснис, сев с ним рядом, развернул на коленях карту области и пытался подсказывать маршрут.

В Вороново колонна въехала за полдень. Автобусы, быстро проезжая через посёлок, выворачивали на прямоугольную, с грязно-снежными сугробами по краям площадь. Депутаты, высыпав из салонов на нагретый солнцем асфальт, закуривали, глядели на обращённое фасадом к площади здание с просторным остеклённым фойе.

– Здесь что ли?

– Сказали – з десь.

– Типично советский ДК…

Мамаши, катавшие по площади коляски с детьми, подростки, гонявшие мяч у ступеней ДК, притихли, наблюдая за прибывшими депутатами. В окнах выходящих на площадь домов замелькали головы.

– У, принесло, – проворчала какая-то ковыляющая мимо ДК старуха с молочным бидоном в руках. – Чего ещё опять нарешают…

Делегатов регистрировали в фойе. Несколько человек под руководством Умалатовой заносили фамилии-имена депутатов, номера и наименования их округов в тетради.

Зарегистрировать удалось сто четырнадцать человек – менее одной двадцатой от списочной численности съезда.

– Сколько есть – столько есть, – повторяла Умалатова, словно успокаивая окружающих и себя. – Съезд чрезвычайный. Когда решается судьба страны, кворум не важен.

Журналисты, расчехляя камеры, потешались между собой над съехавшимися в Вороново делегатами.

Состав их не был широк.

Подавляющее большинство представляло края, области и автономии России. По несколько человек прибыло от Казахстана и Таджикистана, двое – от восточных областей Украины, по одному – от Узбекистана, Киргизии и Белоруссии. Не приехало ни единого делегата от Молдавии, Армении, Азербайджана, Туркмении, Литвы. Виктора Алксниса за представителя Латвии не считал никто. Его товарищ по группе «Союз» Евгений Коган представлял не Эстонию, а населённую русскими Нарву.