Ее звали Ева

И вот Ева прибыла к месту прохождения службы в Общевойсковом центре допросов, обосновавшемся на территории бывшей курортной лечебницы, чтобы вести дословные и стенографические протоколы допросов пленных на английском и немецком языках. Подходя к стеклянным входным дверям, она остановилась и набрала полные легкие воздуха. Она сделала все, чтобы получить это назначение. Стараясь не вызвать подозрений, разузнала, где он находится, и добилась своего: скоро она встретится лицом к лицу с офицером, которого считает виновным в гибели Хью.

Но, оказавшись здесь, Ева занервничала, ведь она увидит его впервые. Узнает ли она его? Сможет ли сразу понять по стальному взгляду, что это тот самый безжалостный человек, который обрек на смерть Хью и других агентов?

Ныне ее ждала работа, совершенно отличная от той, которой она должна была заниматься, если б не кончилась война. Она готовилась пойти по стопам Хью, осваивая приемы рукопашного боя с оружием и без оружия, ползая по-пластунски по лесам Шотландии, изучая рацию.

В загородных особняках Англии, как в шутку называли разведшколы курсанты УСО, их обучали методике проведения допросов, а также шифрованию и способам бесшумного убийства.

Я надеялась стать героиней и пасть смертью храбрых, лишь бы вновь встретиться с тобой, любимый.

Поработав водителем в Женском вспомогательном территориальном корпусе, затем совсем недолго переводчиком в подразделении по допросам возвратившихся агентов и пленных, она была готова, если потребуется, в качестве спецагента жертвовать своей жизнью, как Хью.

Но война вдруг кончилась, хотя покоем еще и не пахло. Все радовались, ликовали, но повсюду царил послевоенный хаос. Европа лежала в руинах. Нужно было наводить порядок, восстанавливать мирную жизнь, расследовать преступления военного времени. И вот она здесь, чтобы, используя навыки секретаря, умение внимательно слушать и точно переводить, вести протоколы и при необходимости вносить поправки в документы.

– Привет. Новенькая, да? – прервал ее размышления вопрос, заданный бойким тоном.

К ней обращался краснощекий сержант, шедший следом за ней. В то утро он брился недостаточно острым лезвием, но чересчур усердно, порезался, и на подбородке у него висел кусочек бумажной салфетки с темным пятнышком крови.

– Только что прибыла. Эвелин Тейлор-Кларк. По крайней мере так меня звали до сих пор, хотя вообще-то я собиралась быть Евой Кушек.