За что боролись, с тем и живите!

Вообще-то эльфы, мягко говоря, не жалуют людей, и на свою территорию мало кого допускают, но, случается, приглашают некоторых торговцев из соседней Зарнии и даже позволяют им открывать лавки. Дело в том, что хоть уровень жизни в Эльтарии очень высок, там практически нет бедных, но из-за расовых особенностей люди предпочитают не вести дел с высокомерными эльфами. Кому захочется торговать с разумными, которые и разговаривать-то с тобой считают ниже своего достоинства? Мало кому.

Но импортные товары эльфам нужны, вот они и придумали выход: давать одному-двум представителям человеческой расы разрешение на торговлю в эльфийских землях. Через тех же дельцов они договариваются и об экспорте своего товара. Почему-то дядя воспринял эту возможность как дар небес, долго не думая, взял пятилетнюю меня и отправился в Эрнас, оставив в Зарнии управляющего.

Он планировал купить помещение, нанять людей, наладить работу и вернуться назад, в Зарнию, но всё оказалось не так просто.

На открытие магазина дяде пришлось потратить куда больше времени, денег и сил, чем он предполагал изначально. А когда всё заработало и стало приносить прибыль, на горизонте появилась она – эра Эстариэль, роковая любовь моего дядюшки. Она пришла как обычная покупательница, но поступила как воровка, навсегда похитив сердце дяди Мэла, и он уже не смог уехать. Конечно, я тогда была маленькой, всего девять лет, и мало чего понимала, но помню, что с появлением этой красавицы наша жизнь постепенно становилась всё хуже и хуже. Первыми пропали мои учителя, которым перестали платить, потом пришлось уволить большую часть работников магазина, а затем мы начали экономить буквально на всём и вынуждены были сами встать за прилавок. Нет, дела вроде шли хорошо, товар был востребован и пользовался спросом. Только вот почему-то всё заработанное дядя отдавал этой женщине, оставляя немного денег лишь на закупку товара и кое-какой еды для нас. Уже в двенадцатилетнем возрасте мне пришлось научиться самостоятельно готовить и шить. Новых вещей ни мне, ни себе дядя больше не покупал. Конечно, сам-то он мог ходить в старых добротных костюмах не один год, а я очень быстро вырастала из платьев, их приходилось расшивать и удлинять. На моё счастье, иногда выявлялся брак в партии тканей, и мне дозволялось сшить себе новое платье из него.