Брак по-американски

Он обошелся без учтивостей вроде стука в дверь: «О, прошу прощения», – сказал он, зайдя в комнату. Но его извинения прозвучали как удивленный вопрос.

– Моя подруга, – сказал Андре.

– На самом деле подруга или…? – спросил Рой, тут же наращивая обороты.

– Если хочешь знать, кто я, спроси меня, – вид у меня был еще тот: бордовая с белым футболка Андре, волосы забраны под сатиновую шапочку для сна. Но нужно было постоять за себя.

– Ладно, и кто ты есть?

– Селестия Давенпорт.

– А я Рой Гамильтон.

– Рой Отаниель Гамильтон, если верить тому, что я слышала через стену.

А потом мы просто уставились друг на друга, силясь понять, что нам обещает эта встреча. Наконец, Рой отвел взгляд и попросил у Андре четвертак. Я перевернулась на живот, согнула ноги в коленях и скрестила лодыжки.

– А ты интересная, – сказал Рой.

Когда он ушел, Андре сказал:

– Знаешь, он ведь только притворяется таким простаком.

– Я заметила.

В Рое таилась некая угроза, а я после истории в Говарде категорически не хотела ничего угрожающего.

Думаю, тогда просто время еще не пришло. Следующие четыре года я не говорила с Роем и не думала о нем – к тому моменту колледж вспоминался мне как старая фотография из другого столетия. Но, когда мы снова встретились, изменился даже не он сам. Просто то, что раньше казалось мне опасным, теперь стало казаться «настоящим», и именно этого я страстно жаждала.

Но что такое «настоящее»? Невзрачное первое впечатление? Или день, когда мы обрели друг друга вновь, почему-то именно в Нью-Йорке? Или все началось по-настоящему в день нашей свадьбы? Или когда прокурор Богом забытого города заявил, что Рой может скрыться от правосудия? Судья посчитал, что, хоть родина подозреваемого – Луизиана, сейчас он живет в Атланте, а потому не может быть отпущен под залог или поручительство.

Услышав решение суда, Рой едко хохотнул: «Так что, на родину всем плевать?»

Наш адвокат, друг семьи, но от этого не менее щедро оплачиваемый, заверил, что мужа я не потеряю.

Дядя Бэнкс заявлял ходатайства, предоставлял документы и направлял возражения. Но, несмотря на это, Рой провел за решеткой сто дней, прежде чем предстал перед судом. Месяц я жила в Ило с родителями мужа, спала в комнате, которая могла спасти нас от всех бед. Я ждала и шила. Звонила Андре. Звонила родителям. Когда пришла пора отправлять куклу мэру, я не смогла заставить себя запечатать створки коробки из плотного картона.