На фиг нужен!

Тогда Машенька распахнула входную дверь, и Жулька, бросившись к ней под ноги, жалобно заскулила.

– Ну чего ты, чего ты?! – приговаривая, потрепала ее за холку Маша и пошла следом, уворачиваясь от псины, целенаправленно ведущей ее к калитке. – Выйти хочешь? – догадалась Машенька и выпустила Жульку на улицу, где та торжествующе сделала пару кругов и присела в характерной собачьей позе.

– Умница! – похвалила ее Маша, приятно пораженная Жулькиной «воспитанностью»: похоже, та воспринимала чужую конуру и бетонную площадку двора как свой дом.

«Оставить, что ли?» – озадачилась Машенька, наблюдая за резвящейся псиной:

– Пойдешь? – вслух поинтересовалась она, а собака, словно понимая, о чем речь, мигом «нырнула» во двор и уселась возле конуры с хозяйским видом, не забывая пристукивать хвостом о бетон.

«Вот полку и прибыло», – усмехнулась себе под нос Маша и с грустью вспомнила об отделившейся дочери. «Надо идти, – решила она. – Уговаривать».

Как это сделать, Машенька пока плохо представляла, найти слова, которые могли бы убедить дочь вернуться домой, было нелегко.

Но почему-то внутри Маши воцарилось странное спокойствие, подсказывающее ей, что слова найдутся обязательно. Они есть, просто надо умудриться услышать их в себе и достать, когда это будет необходимо.

«Я смогу», – убедила себя Машенька и, не умываясь, бросилась из дому, нацепив спортивный костюм прямо на голое тело.

– За фигурой следим? – добродушно приветствовали ее соседи по улице и по-свойски интересовались: – А чё ж сам-от?

– А «сам-от» спит, – не останавливаясь, сообщала Маша и продолжала двигаться вперед в сопровождении благодарной Жульки, ставшей бесконечно преданной новой хозяйке буквально за последние пятнадцать часов.

Марина Леонидовна встретила невестку неприветливо, удивившись не столько ее появлению, сколько собаке, в компании которой она возникла на пороге ее дома:

– Дочку, что ль, завели?

– Да кто его разберет, – отшутилась Машенька: – То ли дочку, то ли внучку… Ируська встала?

– Ируська-то? – Марина Леонидовна чувствовала себя хозяйкой положения, поэтому с ответом не торопилась.

– Мам, хватит. – Маша быстро поняла склочное настроение свекрови. – Я поговорить с ней хочу. Может, вернется?

– Может, вернется, – довольно ехидно улыбнулась невестке Марина Леонидовна и, насупившись, добавила: – А может, и не вернется… Откуда я знаю. Сиди – жди, пока явится.