Первый матч

Казанцев – человек непростой, но он многое делает для команды, да и Романенко этих ребят еще на коньки ставил. Может, обойдемся без эксцессов?

– Без эксцессов не получится, – я развел руками, – топором машут – стружки летят. А тут работать еще ого-го надо. Либо отказаться от поставленных амбициозных целей.

– Ладно, работай, – согласился Калинин. – Но все же личная просьба от меня: будь по возможности подипломатичней.

* * *

– Ты молодец! Я видела, как ты забил шайбу!

Волосы Алины, на тренировках всегда собранные в хвост, рассыпались по плечам.

Она была очень хороша. Портило впечатление только одно: присутствие рядом партнера.

– Спасибо, – Миша покосился на ее спутника. – В хоккее говорят не «забил», а «забросил». И ничего сложного. Шайба отскочила, а я всего лишь добил…

– И без пользы. Все равно вы продули! – вставил ее спутник.

– Эдик! – одернула Алина. – Всякое бывает. Ну не повезло. Может, не их день.

– Да, день Бекхема, – Эдик самодовольно усмехнулся, – и у «Медведей» таких дней Бекхема триста шестьдесят пять в году.

Миша хотел ответить этому наглому типу, но не стал. Зачем затевать ссору при Алине? Да и не стоит этот Эдик усилий. Все равно Алина на него даже не смотрит.

– Как ты? Как нога? – спросил он девушку, полностью проигнорировав злобный выпад.

– Уже гораздо лучше. Спасибо, ты вчера очень помог…

Она смотрела ему в глаза, и между ними возникало нечто. Пока еще слишком туманное, чтобы дать ему определение. Всего лишь взаимный интерес, а вырастет ли из него нечто большее – неизвестно.

Это зависит только от них, от него и от нее.

– Алин, репетиция начинается, надо идти. – Эдик, тоже почувствовавший это нечто, настойчиво потянул партнершу за руку, стремясь увести ее от соперника.

– Да, иду… иду…

Но уходя, она оглянулась.

* * *

– Итак, посмотрим, что получилось…

Ребята, собравшиеся вокруг меня, уставились в экран монитора. Не зря я попросил Романенко записать на камеру весь матч. Вышло, надо сказать, очень наглядно.

«Медведи» не боролись и легко отдали среднюю зону, а значит, инициативу.

Они держались неуверенно и позволяли противнику теснить себя, допускали классическую ошибку, откатывались в свою зону… О безобразном поведении Кисляка, отдавшего шайбу назад вместо того, чтобы передать ее Кострову, стоящему на выгодной позиции, и вовсе говорить нечего.

Они и сами это поняли, сникли. Даже Андрей не подавал привычных язвительных реплик.

– Неужели все было настолько плохо?..