Античная комедия

Сократ

Об одном бы подумал, глупец, стародум,

стародедовским верящий басням!

Если мстит за присягу подложную Зевс,

почему ж не сожжен еще Симон?

Почему не сожжен Клеоним и Феор? Ведь они ж

из лгунишек лгунишки!

Почему он сжигает свой собственный храм,

и предгорье афинское Суний,

И вершины высоких дубов? Для чего? Ведь лгунов

средь дубов не бывает.

Стрепсиад

Что ответить, не знаю. Пожалуй, ты прав.

Расскажи же, в чем молнии тайна!

Сократ

Если воздух горячий, поднявшись с земли,

залегает к заоблачным высям,

Изнутри он вздувает огромный пузырь, а затем,

под давлением силы

Разорвавши пузырь, клокоча и свистя, вылетает

и в тренье сгорает,

От полета, от стрепета в пламенный столб

обращаясь и в пыль разрушаясь.

Стрепсиад

Зевс свидетель мне, то же случилось со мной

на Диасиях нынешних. Помню,

Колбасу кровяную я жарить взялся для родных,

да забыл ее взрезать.

Тут надулась она, стала круглой, как шар,

и внезапно возьми да и лопни!

Все глаза залепила начинкою мне и сожгла,

словно молнией, щеки.

Сократ

(торжественно поднимается)

Человек! Пожелал ты достигнуть у нас озарения

мудрости высшей.

О, как счастлив, как славен ты станешь тогда среди

эллинов всех и афинян,

Если тщателен будешь, прилежен в труде,

если есть в тебе сила терпенья,

И, не зная усталости, знанья в себя ты вбирать будешь,

стоя и лежа,

Холодая, не будешь стонать и дрожать, голодая,

еды не попросишь,

От пирушек уйдешь, от гимнасий сбежишь,

не пойдешь по пути безрассудства;

И за высшее счастье одно будешь чтить,

как и следует людям разумным:

Силой речи своей побеждать на судах, на собраньях,

в советах и в спорах.

Стрепсиад

Что терпенья касается, твердой души и бессонных

раздумий в постели,

Воздержанья во всем, в животе пустоты,

на воде и на хлебе сиденья —

Будь уверен во мне! Чтоб до цели дойти,

на себя дам ковать я подковы.

Сократ

И не будешь иных ты богов почитать, кроме тех,

кого сами мы славим?

Безграничного Воздуха ширь, Облака и Язык —

вот священная троица!

Стрепсиад

И словечка другим я теперь не скажу, не признаю,

на улице встретив.

Им молиться не буду, вина не пролью,

фимиама ни крошки не кину.

Предводительница Облаков

Говори же скорее, что надо от нас! Не робей,

не получит отказа

Тот, кто нас почитает и молится нам и мыслителем

сделаться хочет.