Только и разговоров, что о море

А тётушка Жюдит качала головой и говорила:

– Мейделе-мейделе, однажды ты пожалеешь, совсем скоро никто не назовёт тебя так.

Мама Фэй как-то услышала и всполошилась:

– Ты имеешь в виду – тебя не станет? Не говори так, Жюдит!

– Нет, – рассмеялась тётушка. – Меня-то само собой, но совсем скоро не станет мейделе. Девочка вырастет и убежит из детской, превратится в девушку, а потом в женщину, и никто больше не назовёт её мейделе, никто не узнает в ней мою маленькую принцессу.

«Скорей бы, – пожала плечами двенадцатилетняя Фэй.

 – Скорей бы стать взрослой».

Детство Фэй не было несчастным, но она всё равно ждала, когда оно закончится. Ребёнок ничего не решал, по крайней мере в их семье. У него не было воли, выбора, прав, ничего такого, что могло бы облегчить жизнь.

– Зато у тебя нет обязанностей, Фэй. Ты просто ходишь в школу и делаешь, что говорят, об остальном заботимся мы с папой и отвечаем за всё тоже мы.

Мама искренне считала, что это честные правила, но Фэй могла бы с ней поспорить.

Она всегда была большой девочкой. Родилась весом в одиннадцать фунтов и уже в три месяца обычная коляска стала ей тесна. Фэй быстро развивалась, раньше своих ровесников начала переворачиваться на живот, отрастила первые зубки, встала на четвереньки, а потом поползла. Педиатр говорил, что это нормально – толстые младенцы всегда опережают тощих. Миссис Гейз страшно радовалась, она хотела иметь успешного ребёнка, лучшего во всех отношениях, самого красивого, самого умного и талантливого.

Зря она, что ли, вышла за еврейского мужчину – от них получаются хорошие дети. А красоту дочь должна унаследовать от неё. Фэй и правда вышла прекрасная, с золотыми кудрями, серыми глазами и огромными щеками, которые были видны со спины. Когда она катила по улице, важно восседая в коляске для близнецов, никто не оставался равнодушным. Прохожие останавливались, указывали друг другу на её чудесные щёки и смеялись; никто не верил, что малышке всего полгодика, она выглядела более взрослой и развитой. Мама молилась, чтобы так оставалось всегда.

Видимо, у миссис Гейз были особые заслуги перед Господом, потому что вышло точно по слову её – люди до сих пор смеются над Фэй, тычут в неё пальцами и отказываются верить, что она ещё довольно молодая женщина.

Но пока маленькая Фэй жила в любви и восхищении, и даже поход в школу поначалу ничего не изменил.