Лабиринт Сумерек

Да и разве не привык он таскать тяжести, живя при Храме?

– А топать нам до Сумеречного Хребта, – зло обронила ийлура, – нет, мне совершенно не везет. Все против меня.

И раздавила гриб-поганку. А у Лан-Ара возникло странное чувство, что жрица ждет от него чего-то.

Он откашлялся, прочистил горло.

– Мы могли бы завернуть в Храм Шейниры, госпожа, и взять там новых щеров.

Нитар-Лисс поморщилась, как будто ей наступили на мозоль.

– Во-первых, прекрати меня величать госпожой.

Иногда это раздражает… А во-вторых… – она помолчала, о чем-то задумавшись. Гладкий лоб вдруг собрался тонкими морщинками меж бровей, и обозначились горькие складочки у рта. – мне лучше не возвращаться в Храм. По крайней мере, не сейчас.

Лан-Ар тут же вспомнил, как Нитар-Лисс встретила синхов, и как долго после этого была не в себе. Значит, и у этой темной госпожи не все гладко, как может казаться?

Ийлура усмехнулась и, задумчиво растягивая слова, проговорила:

– В двух днях пути есть город синхов.

Мы свернем туда и купим щеров… Надеюсь, ты их не слишком боишься?

– Кого? – не сообразил Лан-Ар.

– Синхов!

Ийлур пожал плечами.

– Они такие же смертные, как и мы. Почему я должен испытывать страх?

Нитар-Лисс подошла и, склонив голову к плечу, прошептала:

– Ты говоришь так потому, что совсем их не знаешь. Я, прожив с детьми Шейниры бок о бок два десятка лет, не стала бы утверждать, что их не боюсь.

Заходящее солнце запрыгало алыми искрами по ее волосам, и Лан-Ар снова подумал о том, что не видел ийлуры красивее.

* * *

До темноты они так и не двинулись с места – Нитар-Лисс перебирала вещи, чтобы не тащить с собой ничего лишнего. Позже, когда дымчатый цвет неба сменился глубоким синим, ийлура махнула рукой на сборы и приказала Лан-Ару разжечь костер. Стало ясно, что ночевать придется тут же, к вящему неудовольствию Лан-Ара: от убитых тварей их отделяли только пышная завеса плюща и каких-нибудь два десятка шагов.

– Ничего, – буркнула Нитар-Лисс, – одну ночь потерпишь. Эти больше не нападут.

Тут же, внезапно шмыгнув носом, она добавила:

– Провались все к Шейнире, щеров жалко.

И вернулась к своему занятию – попытке уместить в одном мешке содержимое трех, а Лан-Ар молча занялся костром.