Пропавшая экспедиция

– А что, разве в Союзе не было «чёрных копателей»? – вспылил на другом конце провода Дмитриев.

– Были, – подавив зевок, согласился Сергей. – И до чёртовой матери. На Чёрном море. В Крыму. На Балтике. А здесь что искать? Никакой мощной цивилизации в наших местах и в помине не было. Тайга. Болота.

– Китай под боком!

– И до Китая тысяча километров. Вспомни, что читал в статье про академика. – СЧХ снова закурил. – У нас тут какие-то мохи гуляли…

– Мохэ, – поправил Мишка. – И не какие-то. Я тут просмотрел в Сети: мощная народность, со своей иерархией, армией…

СЧХ глубоко затянулся.

– И что это могучее племя оставило после себя? Пирамиды? Амфоры? Города? Ни хрена, кроме могильников со свинячьими головами. Пастухи они и есть пастухи. Пусть и воинственные.

– Ты не прав…

– Может быть. Только вторую золотую пектораль мы у нас не найдём. Сколько бы ни бродили по тайге.

– Так что, отбрасываем эту версию?

– Зачем? Будем держать на заметке. На всякий случай. А вот то, что ты выяснил про Колодникова – это здорово.

Скорее всего тот человек, что прислал стихотворение, был в своё время тоже связан с академиком. Ты не подумал о том, что след может тянуться оттуда? Подумай. Кстати, девочка с вами едет?

* * *

Не спал на другом конце города и профессор Урманский. Сразу после того как Дмитриев покинул квартиру, Александр Васильевич взял последний номер родного литературного детища и заново пересмотрел уже выученную наизусть вторую часть статьи академика Колодникова.

И теперь в голове учёного бесплодно бился один вопрос: при чём здесь экспедиция? На неё в статье даже намёка не было. Почему этот настырный мужик решил, будто археологические исследования 1961 и 1968 годов связаны напрямую с пропажей Дмитриева и его людей? Ну разве, кроме того, что отец гостя, как выяснилось-таки, действительно оказался хорошим знакомым академика. Предположим, Колодников рассказывал Дмитриеву о некоей археологической находке. И что? Чем мог геолог помочь археологу? Ничем. Бродили по одним местам. Но с разными целями. А то, что дружили… Да мало ли кто с кем дружит!

Александр Васильевич выключил ночник, тихо покинул спальню, прошёл на кухню, достал из настенного пенала початую бутылку коньяка. Налил на палец в стакан и честно себе признался: ехать в Хабаровск не хотелось. Но слово не воробей… Теперь Александр Васильевич ругал себя последними словами за то, что поддался уговорам гостя.