Один день ясного неба

Может быть, не стоит ему совершать обход и вообще ничего не делать? Может быть, хотя бы сегодня Найя наконец придет?

– Вы сразу узнаете Завьера Редчуза, когда его увидите. Я слыхала, очень он неуживчивый парень. – Веселый смешок. – После того, как Сонтейн Интиасар слопает свадебный ужин, я вам зачитаю здесь меню празднества, чтобы вы все могли готовить не хуже нашего радетеля.

Он выключил приемник и, постучав по его корпусу, встал. Взглянул на гамак Найи.

Снова стук в дверь – еще более решительный.

Он пробормотал «да», потом повторил громче.

Дверь приотворилась. Раздалось хихиканье, потом в щелку просунулась маленькая ладошка, сжимавшая клочок бумаги. За ней быстро показалась длинная худая рука, которая вдруг вытянулась до двух метров, и лист бумаги затрепыхался в воздухе.

– Угадай, кто это, дядя Завьер!

Ей нравилась эта забава. Она принялась так дурачиться после того, как он запретил ей вбегать на кухню, когда он готовил.

Он просто хотел оградить ее от опасностей. Теперь она проделывала свой фокус с растягивающейся рукой, желая его развеселить.

– Ну так кто же это? С такой красивой коричневой рукой?

Хихиканье за дверью. Она была не одна. И потом торопливо, взахлеб:

– Мы можем войти? Мама Оливианны сказала, что ей можно позавтракать прямо здесь, но сначала ты должен ее помыть!

– Входите, входите! – Он уже раньше мыл малышку.

Чсе вошла. Ее рука снова укоротилась до нормальной длины, а из-за ее спины показалась темнокожая девчушка с розовыми легкими, болтавшимися у нее на боках, точно кожистые мешочки.

– Они сегодня утром загрязнились, – объявила девчушка.

Завьер усмехнулся, и малышка с важным видом на него уставилась. Одна из неприкаянных обитателей Мертвых островов. Этих голодранцев можно было сразу узнать по скудной потрепанной одежонке и немигающему взору; многие из них утратили способность моргать и жить в домах. У них всегда был тяжелый задумчивый взгляд, как будто камень решил смотреть на тебя, помня о почве и соках земли, минералах и зное.

Он не видал этой малышки уже несколько недель; за это не столь продолжительное время она еще больше отощала. Впалая грудь, торчащие ключицы.

Она шагнула к нему, и он нахмурился. У нее, похоже, вспух животик. Он помог девчушке помыть легкие над раковиной в ванной, но под ее безжалостным взглядом руки плохо слушались.