Один день ясного неба

Потому как что плохого в том, что она рассказывала людям все, что знала? Она умудрялась видеть плод в животе незамужней девушки, смеялась над мужчинами, страдавшими от чесотки ног и анусов, приставала на улице к незнакомцам с вопросом, могут ли они пробежать две мили за минуту. Заурядные недуги она распознавала с легкостью. Жуткую головную боль у смуглолицего шарманщика, привычно щипавшего ее за щеку, менструальные спазмы у церковной хормейстерши, которая при встрече заключала ее в объятия, а также приступы несварения желудка, солнечные удары, крапивницу, грипп, круп, насморк, повышенный сахар в крови…

Стоило вам только до нее дотронуться, как она уже знала все ваши хвори.

Разумеется, она не знала названий этих расстройств, но ей нравилось доверительное общение с телами других людей, как и понимание собственного тела, внутри которого бурлила серебристая энергия, изливавшаяся из ее пальцев. Ей очень нравился ее дар, так смущавший отца. Он говорил, что она родилась неотесанной грубиянкой, с этими ее беспардонными вопросами, строптивостью и кощунственными суждениями о вере, которые она позволяла себе отпускать.

«Но почему ты веришь в одного бога, папа? Многие не верят». Став старше, она взрывалась и топала ногами: «Ну почему никто не сказал мне о моем божественном хранителе? У всех в школе есть свое божество! Я уверена, что мое божество – женщина, а тебе это не нравится, папа, правда?» Она насмехалась над его христианскими правилами, отказывалась изучать Библию, вечно спорила и за семейным ужином стучала кулачком по столу, а преподобный Латибодар поднимал брови и руку: «Ты зашла слишком далеко, Анис. Сиди спокойно, уважь мать».

Она поняла, что ей нужен наставник, причем чем скорее, тем лучше. Кто-то достаточно смелый, кто имел близкие контакты с богами. В четырнадцать она наконец набралась храбрости и с бьющимся сердцем вошла под прохладные своды ближайшего храма ведуний судьбы, поднявшись по древним ступеням; и когда услыхала песнопения, доносившиеся из-за боковой дверцы, ощутила, что поступает правильно, и остаток пути буквально пробежала, влетев в зал, где пели ведуньи, облаченные в мягкие одеяния, и промчавшись мимо выщербленных статуй богов с именами Ганзи, Бунунухнус и Баксид.

Ее остановила на бегу маленькая девчушка, ухватив за талию, и, прежде чем Анис успела задать вопрос, заявила, что ее богиня-хранительница – Джай.