Век золотых роз

Не много ли для того, чтобы стеречь одну женщину?

Ийлуры болтали у костра, жарили мясо. И, судя по отточенным движениям, пили исключительно воду.

Дар-Теен вздохнул. Нет, ему в одиночку не раскидать дюжину хорошо тренированных воинов. Значит, остается только одно – увидеть Лиэ-Нэсс в последний раз.

Никем не замеченной тенью он скользнул к зарешеченному окошку, убедился еще раз, что ужин ийлуров в разгаре, и тихонько позвал.

– Лиэ-Нэсс. Лиэ… Ты здесь?

В кромешной темноте, за решеткой, что-то звякнуло.

«Неужели она в цепях?» – только и успел подумать Дар-Теен. А потом все мысли отшибло, потому что в окошке появилось белое, как снег, лицо.

– Ты?.. – Лиэ-Нэсс удивленно воззрилась на него, – ты…

Напрочь утратив дар речи, ийлур разглядывал ее распухший и не открывающийся глаз, засохшую корку крови на скуле.

– Что они с тобой сделали, Лиэ?

Глупый вопрос. И без того было ясно, что с ней сделали, и что еще сделают… Дар-Теен испытал внезапный приступ тошноты.

А ийлура, оглядев его здоровым глазом, слабо улыбнулась.

– Ты пришел проститься, да? А я-то… Я думала о тебе плохо, Дар-Теен. Но теперь вижу, что ты даже не стоишь того, чтобы о тебе плохо думать. У тебя бы не хватило духу сделать то, о чем мне рассказали!

Она протянула руку сквозь решетку и прикоснулась к его щеке.

– Лиэ-Нэсс! – он схватил тонкие пальчики, прижался к ним губами, – милая, любимая… я не понимаю.

– Вот поэтому я и раскаиваюсь в том, что думала о тебе плохо, – прошептала она, не торопясь убрать руку, – за меня… не печалься обо мне, Дар-Теен. Я буду сильной, как и моя матушка.

– Но почему, почему ты говоришь, что думала обо мне плохо? Скажи лучше, кто предал тебя, и я – клянусь – я убью его!

В уголке рта ийлуры прорезалась глубокая, горькая морщинка.

– Ты так ничего и не понял, Дар-Теен? Тогда тебе не остается ничего иного, как самому броситься на свой меч!

Он замер.

– А, я так и думала. Я просто не могла поверить, что ты можешь так поступить, – просто сказала ийлура, забирая руку из пальцев Дар-Теена, – у тебя и в мыслях подобного не могло быть. Ты же… ты же как теленок, доверчивый и добродушный…

– Расскажи мне, – прошептал Дар-Теен, – говори, не молчи. Я ведь должен… должен понять, Шейнира меня побери!

Она судорожно вцепилась в прутья решетки.