Бери и помни

– Я ма-а-ать, – донеслось с земли, отчего жительницы барака заволновались и раскричались, как на базаре:

– Да какая ты мать?

– Нормальная я мать, – сообщила им Некрасова и попыталась подняться.

– Да ты напилась – встать не можешь! – наскакивали на нее соседки. – Бабка уже, а все порешь и порешь.

Дуся растерянно крутила головой, не успевая следить за беседой.

– Не твое дело! – Римкина мать поднялась с земли и теперь стояла на карачках, раскачиваясь. – Су-у-ка!

Оскорбленная соседка бросилась в бой, но схватка не состоялась, потому что бабушка двойняшек мирно улеглась на землю и по привычке закрыла лицо руками.

– Стойте, – вмешалась Дуся. – Вы детей разбудите.

– Да ты вообще молчи, дылда! – взъярилась соседка, которая требовала сатисфакции, и переключилась на Ваховскую. – Ты вообще кто? Я сейчас в милицию позвоню!

– Правильно, – донеслось снизу: пьянчужка не переставала участвовать в процессе.

– Вы меня неверно поняли… – в который раз пыталась объяснить Дуся свое присутствие рядом с коляской.

– Ри-и-имка! – заорала ревнительница порядка и стукнула по стеклу.

Стекло звякнуло – Селеверова нехотя высунулась на улицу:

– Чего разорались?!

– Ты дрыхнешь, что ли? – почти миролюбиво поинтересовалась соседка.

– Ну-у-у… – Римка не тратила время на объяснения.

– Не нукай, я тебя возить не нанималась, – соседка за словом в карман не лезла. – Ты когда в последний раз своих детей видела?

– Вон одна, – Римка ткнула пальцем в Дусю. – Вон другая, – ткнула в коляску.

– Ты чо? – подняла брови соседка. – Самая богатая? Няньку наняла? Умаялась, что ли?

– Это не нянька…

– А кто это?

– А тебе какое дело? – Селеверова перелезла через подоконник и спрыгнула в лопухи.

– Вы понимаете… – в который раз встряла в разговор Дуся.

– Ты помолчи давай, – оборвала ее Римка, подошла к соседке и, сверкнув глазами, прямо спросила: – Тебе делать нечего?.

– Мне-то есть чего!

– Вот иди и делай тогда свое дело. А ко мне не лезь! Поняла?

Соседке не хотелось сдаваться:

– Мужа своего учи, лахудра!

– Что вы! Женщины… – вновь попыталась вернуться к своей миротворческой миссии Дуся.

– Закрой рот! – одновременно заорали на нее все, и Ваховская выложила ребенка в коляску.

Римка прищурилась и тихо проговорила:

– Ты моего мужа не трогай. За своим следи. А то не уследишь: очень много разговариваешь. Как бы к молчаливой не ушел!

– Это к тебе, что ли? – скривилась соседка.