Маленькие истории с большим смыслом

– Поля, срочно позвони Глаше и скажи, что конкурс перенесли на сегодняшний вечер.

– Хорошо, сейчас позвоню.

Полина набирала номер своей лучшей подруги и вдруг почувствовала, что впервые в жизни ей захотелось чего-то самой – ей захотелось победы. За последние четыре года Глаша ее так хорошо подготовила, что если саму Глафиру не увидят, у нее есть все шансы стать первой.

Она набирала номер телефона, и ее сердце бешено колотилось. Разве могла эта девочка знать, что к честности приходят разными путями, но самый тяжелый и страшный путь – это осознание своего бесчестия.

– Привет, – голос Полины выдавал ее волнение, – как здоровье?

– Поля, что-то случилось?

– Нет, просто устала, – Полина почти шептала. Ее слабое сердце противилось тому, что она хотела сделать. Резкая боль пронзила глаза. Но язык упорно молчал. Минутное желание быть первой парализовало все, всю ее волю.

– Обещай сегодня хорошо выспаться, чтобы завтра быть в форме, – Глаша искренне заволновалась за подругу.

– Хорошо, – Полина произнесла это как во сне.

И повесила трубку.

Она танцевала отчаянно, словно это был ее последний танец. Полину объявили победителем и поздравили с участием в международном фестивале. Среди радости и поздравлений только два человека не могли выдавить из себя улыбку – сама Поля и Ангелина Львовна.

«Вот теперь я врунья», – думала Полина, когда подходила к сидящей в опустевшем зале Ангелине Львовне.

– Ехать на конкурс должна Глаша, – она стояла позади своего балетмейстера, не решаясь смотреть ей в глаза.

– Глашу в глаза никто не видел. Иди домой и сама разбирайся со своей совестью, – Ангелина Львовна тяжело встала и, не поворачиваясь, вышла из зала, оставив в нем маленькую запутавшуюся девочку.

Полина больше не приходила в студию. За последние месяцы она очень изменилась: родители больше не видели капризной недотроги, избалованной девочки. Полина, к удивлению всех родных, стала много читать и начала заниматься вокалом. Глашу она видела один раз, случайно встретились на набережной.

Она шла со своей мамой и, когда увидела Полю, не отводила от нее своих больших внимательных глаз. Поля не смогла. Она не выдержала, отвернулась, а потом, запершись в своей комнате, проплакала целый вечер.

Валентина Андреевна и Глаша сидели на колесе обозрения. Это был один из тех летних вечеров в Ижевске, когда летнее знойное солнце уходит за горизонт, уступая место прохладе и преображая огненным золотом крыши домов и гладь пруда.