Николай Самохин. Том 1. Рассказы. Избранные произведения в 2-х томах

– Ну уж, черта с два! – возразил дядя Коля. – Скорее, я вплавь…

– Апше, можно продаться на «Туркмению», – сказал Паганель.

– В качестве агитбригады. Лекции почитать.

– Видали они твои лекции, – сказал дядя Коля. – Вот если бы концерт.

– А почему бы и не концерт? – подхватил эту мысль Паганель.

– Я в школьной самодеятельности играл на ложках. На алюминиевых. Здорово получалось.

Дядя Коля, покраснев, сознался, что вроде бы неплохо читает собственные рассказы. Некоторые люди даже смеются.

– Художественное слово, – загнул палец Паганель.

Я припомнила, что мы с папой иногда делаем дома такой номер: папа ложится на спину и поднимает ноги вверх, а я выполняю на его поднятых ногах стойку.

– Прекрасно! – оживился Паганель. – Соло на ложках, автор-исполнитель рассказов и парный акробатический номер. Конферанс я беру на себя…

Тут мы увидели, что от аэровокзала к нам бежит папа, придерживая руками живот.

– Что это с ним? – прищурился Паганель.

Дядя Коля тоже прищурился и озабоченно сказал:

– Пойду закажу ему стаканчик.

Папа добежал, остановился возле приступки павильона и, глядя снизу вверх, заговорил:

– Позвольте вам заметить, – высокопарно начал он. – Позвольте вам заметить… что вы два идиота!.. Я, ты и она, – папа указал на меня и Паганеля, – летим!.. А ты! – Он обидно ткнул пальцем в дядю Колю. – Ты останешься!

Оказывается, папа караулил, караулил рюкзаки и вдруг услышал сообщение о каком-то дополнительном рейсе. Папа не растерялся и быстренько зарегистрировал на него наши билеты.

А дяди Колиного билета у него не было. И теперь вот мы летели, а дядя Коля, больше всех стремившийся на Сахалин, оставался. И, может быть, ему даже предстояло с позором возвращаться назад.

– Минуточку, – сказал Паганель. – Одну минутку… Раз появился дополнительный рейс, то на основном могут освободиться места. Правда, за них наверняка будет драчка… И все же… Ну-ка, возьми трубку! – скомандовал он дяде Коле. – В зубы возьми, в зубы! – это ему пришлось уточнить, потому что дядя Коля схватил трубку и судорожно зажал ее в побелевшем кулаке.

 – Так… Теперь сделай умное лицо. Можешь ты сделать умное выражение?!. Ну, хорошо. Здесь сойдет. Пошли…

Через полчаса мы все сидели в ресторане и неторопливо хлебали солянку. Спешить было некуда. Рейсы наши, и основной и дополнительный, снова откладывались, но теперь это уже не имело значения. Главное, что все билеты были зарегистрированы, и мы могли спокойно ночевать на подоконниках аэровокзала.