Под Ним

Мне казалось, что мы снова сможем ходить вместе в школу: так же встречаться, гулять за руку и проводить время в компании.

Наши друзья по счастью поддержали идею отметить Новый год всем вместе. Мы решили устроить пышную вечеринку в доме одного из них. Хорошо, что жили все рядом. Сейчас мне кажется, что это был самый ожидаемый праздник моей юности. Но у судьбы-вертихвостки были иные планы для меня на эту ночь. Она залепила мне пощёчину, чем оградила от кое-чего весьма серьёзного.

После поездки в тюрьму я не перестала общаться с родителями Влада.

Более того, мы с ними сдружились, всячески друг друга поддерживали и я, конечно, горела желанием поздравить их с Новым годом. У меня всё сходилось: жили они недалеко от места, где мы организовали вечеринку с друзьями, я могла отлучиться к ним ненадолго.

Итак, веселье в разгаре. Мы с ребятами не отказали себе в напитках для взрослых. Дурман ударял в голову, туманил глаза, рвал мысли. Помню, что с Владом мы не были на том вечере парой. Но я, кажется, чувствовала себя счастливой оттого, что он рядом и верила в Деда Мороза, в исполнения желаний (моим желанием были отношения с этим парнем).

Начались танцы, шумное веселье и я, как планировала, отошла с поздравительным визитом к родителям моего возлюбленного. Решила сделать это одна, не позвав его.

Как говорится, «ничто не предвещало», но обнаружив, что я ушла, моя на тот момент уже сводная сестра (а также подруга и одноклассница) Аня и мой друг Влад оказались в постели. Вот так просто. Но что самое интересное и непонятно: как им это удалось и зачем они вообще это затеяли? Ведь они даже не были влюблены.

Азарт? Или просто «взрослые игры»?

О похождениях Ани с Владом я узнала, спустя некоторое время. Как-то мне показалось, что их общение стало более игривым: появились подмигивания, звонки друг другу и переписка на уроках, которую они даже не пытались от меня скрыть.

Интересно, какой была моя реакция? Думаю, вы догадываетесь. Вы же помните, что я с детства обладала необъяснимой выдержкой и терпимостью.

Я толком не умела показывать свою боль от удара любой тяжести. Я молчала. Аня во всём призналась, когда я у неё спросила. И я снова промолчала.

– Да, у нас с ним были отношения в новогоднюю ночь, – сказала она.

Её лица я не видела. Не знаю, что она чувствовала. Я не смотрела.

– Я знаю. Мне это и так было ясно. С той самой ночи, – только и ответила я.

Признаюсь, что во мне кипела изумительной силы буря эмоций, но я не дала ей воли.