Не уснешь всю ночь

Должен был быть способ, чтобы спасти ее женскую гордость.

Внезапно Эмбер замерла. Она услышала его. Он был там, за стеной, напевая себе под нос как человек, которого вообще в мире ничего не тревожит. Или… Унизительная мысль пронзила ее. Мужчина злорадствовал!

Где ее женская гордость? Она что, собирается просто лежать и глотать это?

Эмбер выбралась из постели и за пару минут надела сексуальный бюстгальтер и туфли на каблуках.

Она подумала сменить топик со слишком глубоким вырезом, но затем отбросила эту идею.

Расправив юбку, прошлась щеткой по длинным волосам. Тщательная подводка для глаз, немного туалетной воды, взмах пуховки по носу.

Затем, уже более представительная, более собранная и владеющая собой, она отпила глоток овощного сока из холодильника и продефилировала к его двери во второй раз.

Подняв руку, Эмбер решительно нажала на кнопку звонка.

Глава 2

Казалось, прошла вечность, прежде чем Гай Уайлдер открыл дверь. Он ничего не сказал, только надменно поднял черную бровь.

– Э-э-э… – У нее пересохло во рту.

Эмбер явно недооценила подлинную силу его воздействия на нее. Поежившись под холодным, жестким взглядом, она почувствовала, как ее уверенность начала таять.

– Послушайте, – сказала она, облизнув губы. – Я думаю, мы можем разумно все решить…

Продержав Эмбер в напряжении несколько мучительных секунд, Гай широко открыл дверь, приглашая ее войти.

В гостиной он небрежно прислонился к каминной полке, весело изучая ее смелым взглядом:

– Так о чем вы там думали? Настал момент для извинения.

«Держись уверенней, Эмбер! Не будь тряпкой, Эмбер!» – так в прошлом говорили ее подружки.

В привычной ситуации она бы извинилась и пару раз невинно махнула ресницами, выглядя очаровательно глупой. Но не в этот раз.

– Я просто хочу еще раз обсудить вопрос, – произнесла она холодно. – Стены в этом здании очень тонкие. Ваше… пение будит меня.

Он улыбнулся, сверкнув глазами, в уголках которых собрались морщинки:

– Вы знаете, мне интересно, как такая здоровая женщина, столь изящная и грациозная… – Он наклонил голову набок, его рот чувственно дрогнул. – В такой великолепной форме, как у вас, вы слишком много времени уделяете сну.