Четвертая высота. Это моя школа

Они подбежали к Наташе, заговорили с ней наперебой, и, когда Наташа спросила, где Катя Снегирева, обе девочки вызвались немедленно найти ее и привести.

Но отыскать Катю в эту перемену так и не удалось. Спрятавшись за старой партой в конце коридора, Катя и Аня вели серьезный разговор.

– Хороша дружба на всю жизнь! – говорила Аня, не глядя на Катю. – Не то что до десятого, а и до четвертого не дотянула. Стоило этой новой явиться к нам в класс, как меня будто и на свете не стало.

– Ты это о ком? – спросила Катя строго.

– А то о ком же? Об этой… второгоднице…

– Как тебе не стыдно! – сказала Катя. – Ты разве не знаешь, что она осталась на второй год потому, что болела? Это и со мной может случиться и с тобой… Приятно бы тебе было, если б тебя ни за что ни про что стали называть второгодницей?

Аня пожала плечами и ничего не ответила. Катя решила, что ее молчание означает согласие. Она доверчиво дотронулась до Аниной руки и сказала значительно:

– И потом, понимаешь, жалко: у нее никого нет, одна мама.

Но Аня отдернула руку и как-то криво усмехнулась.

– А у меня две мамы, что ли? – буркнула она.

Катя так и вспыхнула:

– Да ну тебя, Аня! С такой, как ты, не только всю жизнь – ни одного дня дружить нельзя!

– Ах, вот как! – проворчала Аня и отвернулась. – Ну и не дружи!

В глазах у нее стояли слезы.

Катя хотела рассердиться на нее, но не смогла.

– Погоди, – сказала она, – ты зря обижаешься… Я тебе сейчас все объясню…

Но как раз в эту минуту с другого конца коридора донесся звонок.

Катя и Аня вошли в класс последними, поодиночке. Стоя в дверях, Людмила Федоровна пристально посмотрела на обеих девочек.

– Что это с вами? – спросила она. – Неужели поссорились?

– У меня просто голова болит, – сказала Аня чуть слышно.

Девочки расселись по местам, и урок начался. Людмила Федоровна стала спрашивать, у всех ли есть учебники.

– У меня две «Неживые природы», – сказала Валя Ёлкина, сидевшая на первой парте.

– Два учебника «Неживая природа», – поправила се учительница.

– Ну да, две книжки. И папа купил, и бабушка. Можно, я одну дам Насте Егоровой?

– Конечно, – ответила Людмила Федоровна.

Еще одна рука потянулась вверх:

– А у меня два английских языка – старый и новый.

– Два учебника английского языка, – опять поправила Людмила Федоровна.

Пока учительница проверяла учебники, две девочки занимались совсем другим делом. Это были Аня и Катя.