Четвертая высота. Это моя школа

Ира Ладыгина, приподнявшись, громко шептала ей на ухо:

– Слушай, что я тебе скажу. Только это пока секрет…

– И от Наташи? – спросила Катя.

– Ну, пускай Наташа тоже слушает. Только больше никому не говорите. Анна Сергеевна, оказывается, учит еще и мальчишек в мальчишечьей школе.

– Что ж в этом такого? – спросила Катя.

А Наташа сочувственно покачала головой:

– Бедная! Трудно, наверно, с мальчишками.

– Вот еще – «бедная»! – усмехнулась Ира. – Это мальчишки бедные. Вы знаете, какая она? Строгая – ужас! Как начнет гонять по всему учебнику и двойками сыпать, только держись!

– А ты откуда знаешь? – спросила Катя.

Ира мотнула головой:

– Да ведь мой братишка как раз в этой самой школе учится.

– У Анны Сергеевны? – спросили вместе Катя и Наташа.

– Нет, не у нее, но он ее все равно знает. Ее там все мальчишки боятся. А как ты ее вчера здорово отбрила! Только смотри теперь держись – она к тебе придираться станет.

– Глупости, – сказала Катя. – Чего ей ко мне придираться?

– А за вчерашнее?

Катя передернула плечами и молча стала рыться в пенале, отыскивая свежее перышко.

На этом уроке Анна Сергеевна еще крепче взяла в руки весь класс. Опять было по рядам пробежал шумок, но Анна Сергеевна сказала еще строже, чем вчера:

– Имейте в виду: сколько времени у нас пропадет зря, ровно столько же нам придется отработать после уроков. Иначе мы не успеем пройти все, что нам нужно. Я слежу по часам.

Катя подняла крышку парты, чтобы убрать пенал, и нечаянно выпустила ее из рук.

– Снегирева! – громко, на весь класс, сказала Анна Сергеевна.

Катя встала.

– Простите, Анна Сергеевна, – проговорила она, – это я нечаянно…

«Может быть, заодно извиниться и за вчерашнее?» – мелькнуло у нее в голове. Но в эту минуту Анна Сергеевна посмотрела на нее, сдвинув брови, и сухо сказала:

– Предупреждаю тебя, Снегирева. Если ты не будешь вести себя как следует, мне придется вызвать твою маму.

Катя вспыхнула и села на место. Извиняться она уже не стала.

Все с удивлением и сочувствием взглянули на Катю. Ее маму никогда еще не вызывали в школу.

Аня так и повернулась к ней, будто на пружинах.

– Ой, Катя! – сказала она шепотом и приложила руки к щекам. – Как несправедливо!

А Ира Ладыгина зашипела за спиной у Кати:

– Я ж тебе говорила, я ж тебе говорила!

Катя наклонила голову и ничего не ответила – ни Ане, ни Ире.