Однажды в платяном шкафу

От мысли, что ему приходится подавать знак, что он все еще здесь, со мной, к горлу подступил ком, а на глаза навернулись слезы, но я заставила себя их проглотить. Тут брат открыл глаза и печально улыбнулся.

– Что случилось, когда Уорни вернулся из школы? Он по-прежнему любил Самшит, или он повзрослел и больше не…?

– Ну что ты! Разве он мог разлюбить Самшит просто потому, что пошел в школу? Они же столько над ним трудились.

– Ну, в рассказе ты через этот момент перескочила.

– Я думала, ты уснул, глупенький.

– Ну да! Как можно уснуть на середине истории? Я был там… с ними. Это не сон, это что-то более яркое и…

– С ними?

– Да. Разве ты так не делаешь?

– Нет… вряд ли.

– Когда я читаю сказку или ты мне ее читаешь, то я всегда в нее погружаюсь.

– Правда?

– Так что произошло, когда Уорни вернулся домой?

– Ну, закрывай глаза и узнаешь, – засмеялась я и прикрыла его глаза своей рукой.

* * *

Джордж откинулся на подушки и вновь оказался рядом с девятилетним Джеком, скучающим по брату, который вот-вот должен приехать на каникулы.

Джек сидел на чердаке, глядя на холмы, за которыми простиралась темно-синяя гладь Белфастского залива, а над ним нависали плоские низкие облака, застилавшие светлое небо.

По лесной просеке, скрытой за высокими деревьями, двигался черный экипаж: отец Джека, Альберт, поехал на причал встречать Уорни. Дома по комнатам и коридорам туда-сюда носились взрослые. На кухне хлопотала мама. Она готовила большой обед в честь возвращения Уорни.

Няня Лиззи стелила свежую постель, встряхивая над кроватью большую, как корабельный парус, простыню. Энни выметала из коридора комки коричневой грязи, которые Джек на ботинках принес из сада в дом. Дедушка, живший в гордом одиночестве в верхней спальне, сидел в кресле в библиотеке и читал новости. Дедушка никуда не спешил. Как и подобает министрам, пусть даже отставным, он был воплощением спокойствия и неспешности.

Уорни ждали все, но особенно Джек. Пока брат был в Англии, Джек делал уроки: математику, которую ненавидел больше всего, литературу, которую просто обожал, латынь, греческий язык и историю.

А в перерывах продолжал продумывать мир Самшита.

Застыв в ожидании, Джек стоял у чердачного окна и пристально вглядывался в даль залива. Наконец у входа в гавань показался долгожданный паром. На палубе низенького пузатого судна, медленно шедшего к пристани, суетилась толпа пассажиров. Где-то среди них был Уорни.