Это гиблое место

Там были высокие сводчатые переходы и потолки с чернеными балками, в то время как жилье Тавии было менее… ну, оно просто меньше. Однако она переехала сюда из общежития, как только Уэсли занял свою должность – вероятно, девушке не хотелось находиться перед ним в долгу.

– Знаешь, мне кажется, нам следует обсудить твое жалованье, – произнес Уэсли. Тавия непонимающе посмотрела на юношу.

– Что тут обсуждать? Просто повысь его.

– Хороший заход. Ты собираешься пригласить меня в дом?

Тавия распахнула дверь настежь с такой силой, что Уэсли пришлось выставить руку – иначе та ударила бы его прямо в лицо.

Это с трудом можно назвать приглашением, но он все равно прошел в дом вслед за Тавией.

– Ты могла бы, по крайней мере, обзавестись ковриком у двери, – заметил он.

– Ты боишься занести грязь в мое жилище?

– Да нет, просто кто знает, что я вынесу отсюда на подошвах, когда буду выходить.

Этой фразой он хотел ослабить витавшее в воздухе напряжение. Но Тавия лишь взглянула на юношу так, словно ей хотелось убить его.

Сильнее, чем обычно.

– Просто не тяни и скажи мне, ради чего ты затеял это представление в мироучастке, – сказала она. – Тебя что, по башке стукнули или как?

Уэсли расстегнул пиджак и сел.

– С Саксони все в порядке? – поинтересовался он. – Ты долго оставалась с ней после моего ухода?

Тавия нахмурилась:

– Ты неплохо притворяешься, будто тебе есть до этого дело. Но повторяю: не тяни.

Уэсли неизменно удивлялся тому, как она сразу переходила к сути вопроса, отбрасывая запутанный клубок проблем, в которых не любила копаться.

Девушка сразу добиралась до корней. Тавия отсекала неразбериху, сопровождавшую любую жизнь, и оценивающим взглядом смотрела насквозь, приступая к чему-то простому, что составляло сердцевину этой неразберихи.

– Ты знаешь, существует такая вещь, как тактичность, – напомнил Уэсли. – Ты не могла бы ей овладеть?

Тавия снова бросила на него непонимающий взгляд. Смотрящий вздохнул.

– Мои слова были сказаны Краузе всерьез.

Остальные дуайены имеют свою долю и свой интерес от торговли черной магией в их странах, но Шульце слишком чистенькая, чтобы играть в эти игры. Поэтому Эшвуд намерен убрать ее с доски. В следующем месяце, когда покажется тень-луна, он намерен использовать власть этой луны для усиления магии Мастеров, которых собрал у себя.

Скептицизм застыл на лице Тавии.

– Эшвуд никогда не сможет провернуть это. Ему потребовалась бы… – Она умолкла, побледнев.