Мой брат играет на кларнете (сборник рассказов)

Миронова снова подняла руку:

– А мы готовим специальное собрание кружка, посвященное творчеству знатного земляка…

Она очень хотела помочь новой учительнице поскорей во всем разобраться.

– В какой четверти нашего века творил Бородаев? – переспросила Нинель Федоровна.

Миронова взметнула вверх руку и выпалила:

– Во второй!

Она любила подсказывать учителям.

– А мы давайте начнем с первой четверти прошлого века, – предложила Нинель Федоровна. – С Пушкина, например… Потом пойдем дальше. И так постепенно доберемся до Бородаева.

– У нашего кружка творческая направленность, – сказал Покойник. – Мы сами сочиняем.

– Я тоже пишу стихи, – сообщила Нинель Федоровна. – Когда-нибудь вам почитаю. Если наберусь храбрости. Что вам еще хочется узнать обо мне? Я не замужем. Играю в теннис. Учителя никогда не рассказывают о своей личной жизни. А узнать интересно! Это я по себе знаю. Помню…

Она начинала мне нравиться. Опытный глаз мог почти безошибочно определить, что и другие ребята ожили: они задвигались, зашевелились.

– В этом городе, – сказала она, – у меня нет ни родственников, ни знакомых, ни близких. Теперь вот вы будете… Если получится…

Раньше, когда раздавался звонок, все сразу выскакивали из класса. А тут стали медленно подниматься, будто отяжелели от разных дум и сомнений.

Я подошел к Нинель Федоровне и сказал:

– Знаете, у Бородаева есть повесть «Тайна старой дачи»… Потрясающий детектив! Весь наш кружок хотел съездить на эту дачу.

– Он писал детективы? – шепотом спросила Нинель Федоровна. И кивнула на фотографию Бородаева.

– А вы любите их? – воскликнул я с плохо скрываемым волнением.

– Все любят. Только некоторые не сознаются. Стесняются!..

«У нас полное родство душ! – подумал я. – Она угадывает мои мысли!..»

Ребята начали выходить в коридор. Только Глеб остался сидеть на своем месте, пригнувшись к парте. Рядом стоял Принц Датский.

Нинель Федоровна подошла к ним. И я подошел.

– Мы решили поехать на старую дачу, – сказала она. – В одно из ближайших воскресений. Пока еще осень… Ты, Глеб, будешь нашим проводником?

– Я, пожалуйста… Если, конечно, вы… А я с удовольствием… – Он опять перестал договаривать фразы.

Когда Нинель Федоровна отошла. Принц Датский пообещал Глебу:

– Я напишу к этому дню стихотворение! Может, тебе будет приятно?..

И погладил Глеба по голове.