Хозяин шелковой куклы

– Полицейские приехали! Говорят, с заднего двора труп выносили, – многозначительно проговорила Настя. – В мотеле кого-то убили!

– Не было никакого трупа.

– Откуда ты знаешь?

– Портье рассказал. – Сергей обернулся. – Ты сама ничего не слышала ночью?

– Нет.

Он уточнил:

– Вообще ничего?

– Да я как упала на кровать, так и уснула.

– И правильно сделала.

Загрузив вещи в багажник, Сергей последним сел в машину.

– Неужели кого-то убили? – снова спросила Настя и, не дожидаясь ответа, переключилась: – Послушайте, правда, ну почему бы нам не поехать в Париж?

Дайнека сделала вывод: у Насти с этим городом связаны какие-то ожидания, возможно, там у нее есть любовник.

– Лучше в Италию. В Римини, например. Там хорошие пляжи.

Настя скривилась:

– Тебе хорошо, ты знаешь итальянский язык. А мне-то зачем? Мне лучше в Париж.

– Как будто ты говоришь по-французски. – Дайнека сказала так, только чтобы настоять на своем и хоть немного задеть Настю.

– В Римини так в Римини. – Сергей Вешкин завел машину и распорядился, обращаясь к Дайнеке: – Возьми телефон и отыщи в Интернете ближайший прокат автомобилей.

– Зачем?

– Нужно сменить машину.

– Давайте возьмем «Мерседес»! – обрадовалась Настя.

Дайнека уточнила:

– Это обязательно?

Сергей утвердительно кивнул, и они тронулись с места.

Глава 7

Вячеслав Алексеевич Дайнека расследует

Чистое, веселое утро плескалось в оконных стеклах и голубело высоко в небе над крышами соседних домов.

«Такие нежаркие, приятные дни бывают лишь в августе», – подумал Вячеслав Алексеевич Дайнека.

Немного постояв у окна, он взялся за гантели и, сделав несколько упражнений, прошел в ванную.

Уже второй день, чтобы он ни делал, его не отпускала тревога за дочь. Теперь, слава богу, Людмила далеко. Настал день, когда нужно пойти в полицию, отдать видеорегистратор и рассказать о том, что он узнал от дочери. Все это время Вячеслав Алексеевич сам изучал запись, пытаясь расшифровать схему убийства и разглядеть скрытые знаки.

Предстоящий разговор со следователем заранее был неприятен и вызывал душевный протест: ему не хотелось доносить на одноклассницу дочери. Однако он сумел убедить себя в необходимости этого поступка.

«А иначе как полицейские отыщут убийцу?» – Вячеслав Алексеевич твердо верил, что всякое зло должно быть наказано.

Само собой разумелось, что визит к полицейским должен состояться несмотря ни на что.