Сестрички с Севера

– Тысяча гонконгских долларов[32 - На банкнотах номиналом 500 гонконгских долларов образца 1909 года был нарисован бык; до сих пор купюру в пятьсот долларов называют «тучным быком», а в тысячу – «золотым быком».], но это если клиент при деньгах, щедрый и ты ему понравилась.

– Тысячу?

Ли Сыцзян вытащила банкноту, которую сунул ей Коротышка: какая-то красная бумажка, диковинная. Она протянула деньги А.

– Посмотри, а это что за деньги?

– Как раз-таки гонконгские доллары. Сотня, – издали определила А.

– А зачем они нужны? – недоумевала Ли Сыцзян.

– Ну, их можно поменять на юани по курсу одна сотня к ста десяти юаням, так что, если попался мужик из Гонконга, считай, повезло.

– То есть в месяц несколько тысяч выходит?

– Почти что.

– Ого! – Ли Сыцзян напоминала студента, которого внезапно осенило верное решение.

– Но если каждый день этим заниматься, там… внизу… ничего не запаршивеет? – в лоб спросила Цянь Сяохун.

– Ну, каждый день, разумеется, не станешь.

В неделю три-четыре раза и только с резинкой. У нас тут была девушка, которая деньги маме отправляла на лечение, так вот она за ночь обслуживала по два-три человека, прошло месяца два, а она уже стала разваливаться на части, приобрела кучу болячек, уехала домой подлечиться, да так и не вернулась, не знаю, что с ней стало. – А. вздохнула и внезапно словно бы состарилась.

– Ты такая красивая, зачем надо заниматься про… ну, этим делом? – на ходу поправилась Цянь Сяохун, заменив «проституцию» сочетанием «это дело» из суеверных соображений.

Так звучит как вполне законная деятельность.

– Ты все равно не поймешь. – А. бросила взгляд на Цянь Сяохун, но даже не собиралась объяснять.

Снаружи зацокали высокие каблуки, и в комнату ворвалась Б.: одежда в беспорядке, белье застегнуто кое-как, волосы всклокочены. Она задыхалась от бега.

– Черт! Полицейские устроили рейд! Опасно! Причем так внезапно. Хозяин ночного клуба даже не получил предупреждения.

Б. схватила пластиковый стаканчик и принялась жадно пить большими глотками.

А. звонко расхохоталась:

– Опять из-за тебя полицейские недополучат две тысячи. Твою ж мать! Когда они снимают форму, так сразу наши клиенты, а когда они не нуждаются в нашей компании, то ловят нас ради наживы, еще и гостей пугают.

– Я не видела, чтобы В. выходила оттуда, ее наверняка схватили. – Радостное ликование стерлось с лица Б., уступив место хмурому выражению.

Лицо А.