Лейтенант Старновский

Стреляющий напротив немец искренне думал, что ведет бой с тремя русскими. Потому и нервничал.

Расчетливее всех и увереннее вел себя худенький Женька Воробьев. Он спокойно залег за поваленным деревом и из-под лежащего ствола старой сосны, как из амбразуры ДЗОТа, расчетливо стрелял.

Немец, который достался ему в противники, спрятался за старым дубом, и, быстро высовываясь, стрелял в него, а потом проворно прятался. И так несколько раз. Воробьев то не успевал, то мазал от сильного желания попасть. Наконец он просто пропустил пару выскакиваний врага, приводя в норму дыхание и учащенное сердцебиение, ну а когда успокоился, то уверенно «на раз-два» звякнул пулей по каске немца.

Тот тут же уткнулся в землю и больше не шевелился.

Женька радостно закричал:

– Я попал! Ребята, я попал!

Лежавшие рядом гитлеровцы тревожно стали перекликаться на своем гортанном языке:

– Штиля убили!

– Черт бы побрал этих русских!

– У них снайпер!

– Нас обходят!

И тут властный голос скомандовал им:

– Внимание, отступаем! Всем приготовится к броску гранаты!

Лейтенант Старновский, который понимал немецкий, скомандовал:

– Все в укрытие, гранаты!

Бойцы инстинктивно отпрянули назад, кто куда.

Полетели немецкие колотушки (они же на длинных деревянных ручках, на колотушки похожи). За их взрывами гитлеровцы начали поспешный отход.

Подняться после взрыва вражеских гранат всегда не просто. Человек просто блаженствует пару-тройку секунд от сознания, что жив, здоров и невредим.

Это и помогло немцам оторваться от противника без потерь.

Да и вдоль дороги тоже стрельба потихоньку стала стихать. На этой же стороне придорожного леса вообще наступила тишина.

Вдруг от дороги раздался крик:

– Эй там, в лесу, кто кричал на русском?

Солдаты замерли, прислушались, глядя на командира.

– Мы свои, русские!

– А почто из немецких винтарей шмаляли? – раздался разухабистый голос.

– В бою взяли! Трофеи!

– А что, своего-то не было?

– Только «ТТ» и револьвер!

Но тут снова начали стрелять.

Более того, послышались уверенные очереди немецкого пулемета.

Возле дороги послышались вскрики.

Над головами бойцов Старновского густым веером защелкали пули и посыпались веточки, хвоинки и листья.

– Во чешет! – удивился сержант.

Лейтенант скомандовал:

– Не высовываться, потихоньку отползаем назад!

– Там же наши! – тихим голосом проговорил сержант.

– Тут тоже! – внушительно произнес лейтенант.