На краю времени, на пороге мира

Между лопатками неприятно покалывало, словно тяжелый взгляд нелюди буравил спину.

Геллер резко обернулся.

…И увидел самого себя.

Как будто смотрел в огромное зеркало, в котором отражались мертвые деревья, оскверненная земля и серое, оплакивающее чью-то судьбу небо.

Тоненький голосок рассудка успел пискнуть: но ведь зеркальник принимает облик только тех, кого уже нет среди живых!

Руки онемели. Да, перед Геллером стоял зеркальник, мерзко ухмыляясь – командору даже и в голову не могло прийти, что у него самого может получиться столь отталкивающая усмешка…

Значит, он мертв? Но… ведь это невозможно!.

.

Геллер стиснул зубы – до ломоты в висках. Казалось, что время остановилось – отчего же еще он, тренированный воин, так медленно заносит меч?..

Он потерял одно лишь мгновение.

Но этой заминки вполне хватило зеркальнику, чтобы всадить отравленные когти в ничем не защищенную шею. Геллер даже не почувствовал боли, даже не успел понять – а что, собственно, произошло.

Только мир перед глазами вздрогнул и потемнел. А зеркальник дернулся, уходя в сторону из-под удара. Но не успел.

Клинок, очертив в воздухе сверкающую дугу, опустился на плечо твари, разрубая ее наискосок.

Зеленая, зловонная кровь щедро плеснулась на Геллера, смешиваясь с его собственной. Тени сгущались; только высоко в небе тучи вдруг разошлись, и он увидел чистое, умытое солнце.

* * *

…Камилла выжидающе уставилась на низенького, круглого человечка. Кажется, звали его лорд Тэр, но она уже очень давно не придавала значения людским именам.

Все они были одинаковыми, эти люди – с манящей, мягкой плотью, которую так приятно рвать зубами.

– Квентис Добрый, волею Хаттара владыка Империи, дарует тебе жизнь, тварь.

Вот и прекрасно. Камилла подумала о том, как ночью потихоньку выберется за пределы Алларена и неспешно двинется в Кайэрские топи, чтобы повидать Королеву… Она умоляюще протянула стоящему рядом человеку руки, закованные в тяжелые и зачарованные кандалы, но тот и бровью не повел.

Ждал приказа.

Лорд Тэр отчего-то нахмурился.

– Скажи, что ты такого внушила командору? Похоже, он отправился на небеса вполне счастливым человеком…

Камилла глухо заурчала. Да какое им дело, этим недалеким, трусливым созданиям?!! Она – любимица Королевы, ее даже называли в благословенном Кайэре мастером иллюзий, и ей ли отчитываться?..

– Я сделала все, как надо, – прошипела она зло, – отпусти.