Анонимные собеседники

Остается только факт разговора с проституткой.

– Это не проститутка, – уточнил Чудовский.

– Тем более.

– Но славы Козинцу это не прибавит, – предположил Тузков.

– Не непременно, – возразила Ольга Федоровна. – Для некоторых групп избирателей его образ может даже стать привлекательнее. К тому же, вспомнят про недостойные методы, подглядывание в замочную скважину, посягательство на частную жизнь – все это мы уже проходили!

– Нам надо будет внятно объяснить происхождение пленки, – подал голос Левин. – И потом, не может ли это быть липой?

– Я задавал себе этот вопрос, – кивнул Валентин Петрович.

 – Что, если это подсунуто службой безопасности Козинца? Мы ухватимся, а на пленке совсем и не его голос.

– Вот, пронеслось в голове Шурика, на пленке не его голос! Затылком он вдруг ощутил дыхание судьбы, предощущение того важного, что должно с ним случиться.

– В самом деле, – сказала Ольга Федоровна, – мы обнаруживаем здесь общий тон неуверенности в своих поступках, слабость, даже невротичность, а ведь мы знаем господина Козинца совсем другим человеком.

Но я не удивлюсь, если подтвердится, что на пленке именно он, такое бывает.

– Я решительно могу заверить всех присутствующих, что голос на пленке принадлежит Козинцу, – сказал Алексей Алексеевич.

– В целом текст не характеризует Козинца с негативой стороны, – осторожно заметил Левин. – Но позвольте узнать, есть ли возможность продолжить, как бы это получше сказать… в общем, подслушивание? Может быть, появится что-нибудь более откровенное.

– Не удивлюсь, если в интимном смысле это ожидание скорее всего окажется напрасным, – сказала Ольга Федоровна, перелистывая блокнот со своими записями. – Вполне вероятно, что не секс здесь главное, скорее исповедальность, элементы ролевой игры с анонимной собеседницей… Включается как бы карнавальное восприятие, меняются местами «верх» и «низ», можно то, что обычно нельзя, человек способен отключиться от всего обыденного, каждодневного, устроить себе праздник…

– Каждый день у него праздник…

– Но если я вас правильно понял, – очень тихо проговорил Валентин Петрович, – речь идет о раскрепощении невидимых друг для друга собеседников, о снятии запретов, ведь так? Тогда мы, возможно, все же услышим нечто занимательное.

Разумеется, мы ни от какого компромата отказываться не станем.

В итоге все высказались за то, чтобы не торопить события и продолжить наблюдение. Чудовский заверил всех, что технически это возможно.