~ Манипулятор

Отмечаю, что у Дианы все тот же легкий мейкап и аромат духов, которые я когда-то давно подарил ей под Новый год. А может, все это фикция и обман, потому что у нее совершенно другой парфюм и совсем другой взгляд – глубокий, погасший, ушедший в себя. Так смотрят давно уже не наивные женщины.

– Мы не в институте, Роман Владимирович, – холодно напоминает мне Рыжая и отворачивается к полке, но я замечаю, как ее пальцы дрожат, когда она берется за коробку с печеньем.

– Как, как? Роман Владимирович? – приподнимаю вверх брови, пытаюсь всей позой и взглядом напомнить ей, как она завывала под моим телом: «Рома!»

– Хорошо.

Лебедев. – Диана прикусывает лишенную помады губу и осторожно, словно та хрустальная, укладывает в корзину коробку с печеньем.

– Ещё лучше, – вздыхаю я, делая еще один шаг к ней.

«Господи, о чем мы вообще с тобой разговариваем? Скажи лучше, ты обо мне хотя бы вспоминала?»

– Тогда Воробей! – выстреливает Диана и поднимает на меня насмешливый взгляд. – Так тебе больше нравится?

Но мне не нравится, и дело вовсе не в прозвище (Бог бы с ним, я давно это пережил).

Проблема в том, что наш разговор сейчас заходит на ту опасную территорию, на которую я предпочел бы никогда не заступать, потому там её Леша. И теперь, по идее, мне полагается вежливо спросить у нее, как он поживает, как их семья и как их дела? Но я прекрасно знаю о том, что они развелись.

– Да ладно тебе, – я делаю вид, что смеюсь. – Расскажи лучше, ты как, работаешь? Или… – щелкаю пальцами, – так? Типа, домохозяйка?

– Типа работаю.

 – Диана внимательно рассматривает коробку с печеньем в своей корзине. Вглядывается в нее так, словно на ее крышке написано заклинание, и если она сумеет правильно его прочитать, то я тут же исчезну.

– И? – пытаюсь заставить ее смотреть на меня.

– Что «и»? – уткнувшись в коробку, Диана вопросительно тянет вверх тонкую бровь.

– Ну, ты все там же, на Московской бирже работаешь?

– Ага, все там же, на бирже. – Плюнув на расшифровку клинописи на коробке, она поднимает на меня глаза – холодные, колкие.

Непримиримые.

– Кем? Аналитиком?

– Нет, руководителем проектов.

– Я всегда знал, что ты далеко пойдешь, – за каким-то хреном резюмирую я.

– А я, Лебедев, благодаря тебе вообще далеко пошла! – внезапно резко отрубает она, и в ее голосе я слышу намек, который не понимаю. Вопросительно смотрю на неё: «В чём дело?» Диана, словно спохватившись, вздыхает, и ее напряженные плечи начинают медленно расслабляться.