Копье чужой судьбы

 – Кто знал, что именно в это время случится убийство?

Сергей рассеянно похлопал его по плечу:

– Прости, это я так… Нужно посмотреть записи в вестибюле. Вчерашние, с шести вечера – до полуночи.

– Сделаем.

Дуло протянул руку, прощаясь.

– Позже зайду, ты все приготовь.

Глава 6

А жемчуг-то натуральный

Внутренний двор галереи ничем не отличался от беспородных дворов заштатных учреждений. Смотреть было не на что, а пришлось.

Ящики из неструганых досок, щиты, обшитые оргалитом, бочка с рифленым боком.

Полина стояла у окна, заставляя себя смотреть на жалкие атрибуты хозяйственной деятельности, пока криминалист Тимофеев проверял ее кабинет. В некоторые моменты, когда он лез под стол или скрипел дверцей сейфа, ей хотелось обернуться. Но она продолжала глядеть в окно.

– Кажется, все.

Полина с облегчением повернулась и прошла к столу, на котором стоял его чемодан.

– Я должна вам отдать то, что Сергей нашел под столом.

– Когда? – спросил Тимофеев.

– Утром.

Он взял у Полины кулек, раскрыл и заглянул внутрь.

– А жемчуг-то натуральный.

– Знаю…

Он достал из чемодана прозрачный пакет, в котором лежали еще три жемчужины.

– Такие же, – голос Полины прозвучал так, будто она сомневалась в том, что сказала. – Откуда?

– С пола. Как я понимаю, не ваши. Приобщим. – Криминалист кинул жемчужину в прозрачный пакет.

– Не знаю.

– Ну, если не знаете, придется нам поработать. – Тимофеев швырнул пакет в чемодан. – Осталось только снять ваши пальчики.

– Понимаю.

– Присядьте, так будет удобней.

Полина села и положила руки на стол. В тот самый момент, когда Тимофеев делал оттиски с ее пальцев, дверь открылась и в кабинет заглянула дама с маленьким пучком на макушке.

Полина и криминалист обернулись. Застыв, они молча смотрели на даму.

– Не помешала?

– Здравствуйте, Елена Феликсовна, – сказала Полина.

– Здравствуйте. – Еремкина перевела взгляд на Тимофеева. – Простите, не знаю вашего имени…

– Капитан Тимофеев, – он вернулся к своей работе.

Елена Феликсовна вошла в кабинет, обвела его взглядом. Потом зафиксировала внимание на том, что делает Тимофеев.

– Как неприятно…

– Это моя работа.

– Я не о вас, – сказала Еремкина. – Я про Полину Сергеевну. Сочувствую.