Тринадцатая редакция

Но перед этим он всё же небрежно стукнул мизинцем правой руки об указательный палец левой, чтобы все были спокойны: защита установлена, можно говорить.

– Простите, на какой минуте – чего? – поправил очки Цианид. Если шеф называет его Костей, значит, жди подвоха.

– Так вы знали, что он… – начал было Шурик.

– Погоди, – остановил его шеф. – Ну, так что. Сколько прошло времени с того момента, как мальчик вошел в комнату, до того, как ты почувствовал его присутствие?

«Видимо, господин Выскочка-в-костюме считает себя слишком важной персоной для того, чтобы обращать своё царственное внимание на скромных практикантов вроде меня, – подумал Денис.

 – Надеюсь, Даниил Юрьевич сурово отчитает его!»

– Яне засекал время. Это серьёзный просчет, я знаю, – прикусил губы господин Выскочка-в-костюме. Он только что публично признался, как ему показалось, чуть ли не в служебном преступлении. Такой позор смывается только увольнением!

– Очень серьёзный, просто ужасный, – издевательски кивнул Даниил Юрьевич.

 – Я сам только через полчаса понял, что с ним не так, а Галина с Мариной его и вовсе за шемобора приняли. Да не смотрите вы на него с ужасом! Мальчик – Читатель, все помнят, что это значит?

– Это которые слышат желания? – уточнил Лёва.

– Которые слышат, точно, – весело покивал шеф, – или читают. В зависимости от того, как на это посмотреть.

– Посмотрим на это с оптимизмом! – воскликнул Виталик, яростно пожимая руку Константину Петровичу.

 – Он пытался подкопаться под твою защиту, но ты не поддался! Цианид – чемпион!

– Подхалим! – не поддался на лесть тот. – Всё равно с тебя отчёт за неделю.

– Ага, – вредным голосом сказал Лёва. – До этого считалось, что Читателю любая защита – до фонаря.

– Ну, Денис ещё неопытный Читатель, – заступился за своего практиканта Шурик, – а вот когда я научу его всему, что умею и знаю сам, он от хвалёной циани-довой защиты камня на камне не оставит!

«Интересно, из чего он сделал вывод, что я – неопытный читатель?» – удивился Денис.

Он был даже слегка уязвлён этой фразой, но потом решил, что читать книги и читать рукописи – это два совершенно разных дела и Александр Андреевич, вероятнее всего, знает, о чём говорит.

– Слушай, я не понял, ты против своих, что ли? – рыкнул на Шурика Лёва.

– Да я понарошку же! – обиженно засопел тот.

– Не забывайте только, что мы тут все – свои, – пресёк насилие шеф.