Проконсул Кавказа (Генерал Ермолов)

Зубов размахивал треуголкой и, напрягая молодое лицо, кричал:

– Не посрамите, ребята, русской славы!

– Ты увидишь нас! – грянули в ответ гренадеры и кинулись, уже не держа фронта, к башне.

– Эх и встретят их сейчас! – сумрачно бросил толстый батареец и почти искательно спросил: – Господин фейерверкер, а что сегодняшний день обозначает?

Горский, который при приближении огневого дела сразу стал важным и всем своим видом показывал солдатам, что он хоть и небольшой, да командир, строго ответил:

– Седьмое мая – день праведного Иова Многострадального.

Иова-горошника, росника… Будут кидать свинцовый горох, и распустятся кровавые росы…

В этот момент и из бойниц башни и со стен Дербента, сплошь унизанных его защитниками, загремели выстрелы. С батареи было видно, как десятки фигурок закувыркались, сраженные пулями, в то время как остальные, не обращая на это никакого внимания, бежали к окутанной пороховым дымом башне. Эти, казалось, обреченные на смерть солдаты даже не кричали: они берегли свое грозное «ура!» для решительного момента.

Ермолов нетерпеливо переминался с ноги на ногу, вглядываясь в картину далекого боя. Как ему хотелось сейчас быть там, среди атакующих, или хотя бы помочь им отвлекающим противника пушечным огнем! Но не оставалось ничего другого, как беспомощно взирать на отчаянную попытку товарищей по оружию взять открытым штурмом передовую башню…

Наконец раздалось мощное «ура!» – это гренадеры, не обращая внимания на сыпавшийся град пуль, окружили башню.

– Боже праведный, да что это? – вскрикнул толстый бомбардир.

– Ишь ты! Ловко! Важно! – восхитился фейерверкер.

Поручик Чекрыжов взобрался на плечи гренадера и начал карабкаться по камням, подымаясь все выше и выше. Миг – и его примеру последовали десятка два солдат. Они втыкали штыки в расщелины между камнями кладки и в несколько секунд очутились на крыше башни. Завязалось горячее дело.

Одни из удальцов работали штыками, другие ломали кровлю, чтобы проникнуть в средний этаж.

В дело шло все, что попадалось под руку. Вдруг кровля рухнула, увлекая за собой и трупы павших, и продолжавших бой живых. Тела, камни, доски полетели на головы защитников башни, которые растерялись и были переколоты.

Пока гренадеры сражались внутри башни, подоспевшие егеря кинулись на прикрытие: из крепости спешила подмога. В отчаянном бою русские дрались штыками, дербентцы кидались на них со своими кривыми саблями.