Умм, или Исида среди Неспасенных

Высокая, чувственная Астар, с длинными, блестящими черными волосами, заплетенными в косу до пояса, и с большими глазами под тяжелыми темными веками, приходится матерью Индре и Гимену. Она одевается еще более непритязательно, чем все мы, но даже в длинных, бесформенных балахонах ей удается излучать элегантность и уверенность.

– Всем нам она чрезвычайно дорога, – продолжала Астар.

– Дело вот в чем, – вмешался Сальвадор, и Астар, почтительно склонив голову, прикрыла глаза. – По моему глубокому убеждению, мы печемся о душе сестры Мораг ничуть не меньше, чем о душах остальных членов нашей Общины, и потому, весьма остро переживая измену, готовы в любом случае приложить все усилия для безотлагательного возвращения отступницы в лоно нашей Церкви; вместе с тем уход Мораг не замедлит сказаться на наших ближайших планах – я имею в виду Праздник: как нам теперь его проводить?

Я повесила куртку на спинку стула.

Сальвадор мерил шагами контору, прохаживаясь меж двух высоких окон. Сестра Эрин заняла позицию у дверей, возле секретарского столика с пишущей машинкой «ремингтон». У противоположной стены, сложив руки на груди, бледный и понурый, стоял Аллан, не отходивший от своего письменного стола, который перегораживал значительную часть пространства перед камином.

– Светлейший дедушка, могу ли я?.. – спросил Аллан. Сальвадор жестом позволил ему продолжать.

– Исида, – сказал Аллан, простирая ко мне руки, – беда в том, что мы делали ставку на Мораг как на почетную гостью нынешнего Праздника.

Мы рассылали приглашения нашим единомышленникам в разных частях света, подчеркивая известность Мораг и ее непоколебимую веру…

Я была потрясена.

– Впервые слышу!

Мы всегда чурались огласки. Нам ближе беседы с глазу на глаз (хотя, если требуют обстоятельства, мы готовы вещать даже на улицах, громко призывая слушателей).

– Что уж теперь, – забормотал Аллан, все такой же бледный и удрученный. – Так получилось.

Он покосился на дедушку, но тот отводил глаза, покачивая головой.

– На том этапе не было особой необходимости посвящать тебя в эти дела, Светлейшая Исида, – произнесла Эрин, хотя и не слишком убедительно.

– Суть в том, что Мораг не приедет на Праздник, будь он неладен, – выпалил Сальвадор, не дав мне ответить.

Он развернулся и прошагал мимо меня. На нем была свежая риза кремового цвета – конечно же, из шерсти наших собственных овец.